Вниз по течению. Книга первая

Такое она слышала уже не раз. Многие умные и не очень люди, в том числе психотерапевт в той клинике, где она лечилась, говорили ей то же самое. О неизбежности выбора: или – или. И всегда она с неосознанной агрессией пускалась в спор, пытаясь доказать скорее себе, чем кому-либо, будто способна овладеть навыком так называемого культурного пития. Заспорила и сейчас:

– А почему ты думаешь, что я именно из тех, кому не дано? Ты же меня знаешь всего пару часов!

Но Митрий не принял её вызов, вместо этого легко согласился:

– Ну не из тех, так не из тех.

Тебе виднее.

Натка, уже приготовившаяся к словесной перепалке, сдулась от неожиданности. Раздражение ушло и ей стало стыдно за свой глупый наезд.

– Извини. Просто мне кажется, я не могу совсем не пить. Пробовала и словно не жила. То есть сначала, конечно, классно. Просыпаешься утром, а голова ясная, не трясёт, не тошнит. С непривычки даже пугаешься – не можешь понять что с тобой, заболела что ли? – она невесело рассмеялась, – А главное – не надо искать чем похмелиться или догнаться, не надо никуда идти, ничего покупать или занимать.

Весь день твой!

– Первые дни – эйфория! – подхватил из темноты Митрий, – И кажется, что так будет всегда. Потом к этому привыкаешь. А затем становится скучно…

– Тоска! Всё одно и то же вокруг, заранее знаешь, что будет завтра, и послезавтра, и через месяц… как замкнутый круг.

– И чтобы вырваться из него нужно выпить, – грустно завершил Митрий, – Всё так и есть.

– Вот, ты меня понимаешь! – Натка чувствовала облегчение и благодарность, – А другие нет. Думают, что можно просто не пить.

– Потому что они могут просто не пить. Это не их проклятие, а наше. Это мы должны делать выбор.

– Но как его сделать?! – Натка снова повысила голос, – Как жить в замкнутом круге?

– Замкнутый круг можно разорвать не только алкоголем, – Митрий зашевелился и, Натка, скосив глаза, увидела, как его рука, кажущаяся призрачной в синем луче прожектора, указывает на стены, – Видишь эти картины? Это то, что помогло мне.

Это те самые краски мира, которых не хватало без выпивки. Я не знал как их вернуть, и тогда просто пошёл в магазин, и купил. То есть в прямом смысле слова купил краски. Начал потихоньку рисовать, втянулся, и вот… сам не заметил, как они сошли с бумаги и разукрасили всё вокруг. И мир стал таким ярким, каким его никогда не мог сделать никакой алкоголь.