Воля камня

Гости были уже в замке. Вечером должен был состояться приветственный ужин, а сама свадьба была назначена на завтрашний день.

Если бы у Айгунн спросили, любит ли она Эйнора, она ответила бы «да». Такой ответ девушка должна была дать на вопрос о своём женихе. Самой себе Айгунн ответила бы «нет». Она не любила Эйнора. Но так было со всеми. Как-то раз Айгунн спросила свою мать, любит ли она отца, и та ответила «конечно» – без колебаний, в её глазах было удивление, а в голосе почувствовался страх. Нет, она не любила его.

Айгунн была благодарна матери, что та не задала ей подобный вопрос об Эйноре. Видимо, сама всё понимала. Айгунн не любила врать, особенно близким, за исключением сестры. Её близкой она никогда не считала, само её существо противилось тому, чтобы назвать близкой сестру. С детских лет, едва научившись говорить, Миэлла вела какую-то войну против Айгунн, так и стремилась уколоть побольнее. И самым досадным было то, что Миэлле всё сходило с рук. Лаской, улыбкой, невинным личиком, на котором совсем не читалось коварства, Миэлла умела расположить к себе всех, и ни отец, ни мать, но нянюшки и учительницы не верили в её злонамеренность. Считали, что Айгунн просто завидует ей. В глубине души Айгунн, конечно, завидовала, но даже самой себе признавалась в этом с огромным трудом. Это было больно. Больно признавать, что Миэлла превзошла её почти во всём. В детстве Миэлла выглядела как ангелочек с мягкими белокурыми кудряшками. Её вид приводил в умиление всех, а уж тупоголовые нянюшки так просто души в ней не чаяли. Айгунн старалась достичь успеха во всём, чему её учили: этикет, рукоделие, деяния Ойну и Эйни, позже, когда их стали обучать наукам, Айгунн полюбила историю, особенно древние предания и историю древних государств, делала успехи в арифметике, естествознании, а для её обучения астрономии был приглашён отдельный учитель: обзорный курс астрономии, который преподала им домашняя учительница, Айгунн усвоила очень быстро, но ей хотелось учиться дальше. И тогда отец пригласил настоящего астронома. Обычно, таких учителей приглашали для сыновей нуворов. Но здесь для Айгунн сделали исключение. Во многом благодаря совету домашней учительницы агнессы Ульсонны. Она была одной из немногих, кто не поддался чарам Миэллы. Агнесса Ульсонна относилась к обеим девочкам с добротой, но была справедлива, у неё Миэлла не получала незаслуженных отметок, и ей не раз приходилось переделывать свою работу.