Зеркало и чаша

 – Вода не знает, где твоя сестра, а огонь знает. Огонь видел ее. А Перун говорит: не оставляй Марену на свободе, одержал победу – закрепи. А не то она опять скоро в силу войдет и на черного коня сядет. В руках ее – меч. Сейчас покажу тебе ее. Смотри.

Старик пошевелил дрова в очаге, пламя вспыхнуло ярче, огненный свет залил поверхность золотого щита. Круглые бляшки сверкали так ярко, что сливались в сплошное солнечное сияние и смотреть на них было больно. Зимобор невольно зажмурился, перед глазами поплыли огненные пятна в черноте, и вдруг откуда-то появилась картина.

Он увидел белую фигуру, похожую на лебедя с поднятыми крыльями, но у этого лебедя была человеческая голова с длинной девичьей косой, и он сразу узнал Избрану. Он не мог разглядеть ее лица, но все в этой белой фигуре, такой сильной, светлой, легкой, но при этом твердой и целеустремленной, напоминало Избрану. Это была сама ее душа, сама ее сущность, не привыкшая отступать и сдаваться, всегда устремленная вверх и вперед.

Перед ней тоже пылал огонь, бросая отблески на золоченый идол, который казался еще больше и внушительнее, чем бывает даже в княжеских святилищах. А в руке девушка-лебедь держала меч, похожий на застывшую молнию, – не то посвящая его золотому идолу, не то получив от него же.

Все потемнело. Видение исчезло.

– Ну, что видел? – услышал он голос Громана.

– Видел… ее… – Зимобор даже не сразу вспомнил имя своей сестры.

 – Избрану. И в руках у нее меч…

– А я тебе что говорю? Меч Перуна она потеряла, а меч Марены нашла.

– Но это не меч Марены. Он был светлым. Огненным. Как этот, – Зимобор кивнул на сундук, где хранилось священное оружие божества. – И где она? Неужели у… у нее?

В храме Перуна он не решился произнести имя Матери Мертвых, хотя и не верил, что Избрана действительно там.

– Где? – Громан покачал головой и снова закашлялся.

 – Много хочешь от богов, сынок… Княже. Тебе, может, то показали, чего еще нет, а только будет. Тебе судьбу показали, а ты – где? Тут тебе не судилище с видоками. Боги путь лучом по небу указывают, а по земле сам иди, ногами все буераки ощупывай.

* * *

Но как ни хотелось Зимобору поскорее узнать, где же его сестра и что с ней, думать о ней было некогда. Нужно было срочно собирать дружину для полюдья.