Весна незнаемая

Жена не всегда добудится… А ему двух мало! Ты мне лучше вот что скажи! – Смеяна вспомнила, зачем позвала дочь Хоровита. – Ты, говорят, вчера саму Велу видела? Что она тебе говорила?

Веселина принялась рассказывать о вчерашнем. Княгиня слушала молча, лицо ее выглядело встревоженным и сосредоточенным, и даже Баян не улыбался, а слегка покусывал белым блестящим зубом нижнюю губу, отчего лицо его стало непривычно страшноватым. Но теперь Веселину не напугать было внешним сходством с черной нечистью – она насмотрелась нечисти настоящей.

Про погубленных Костяником людей Веселина рассказывать не стала, но княгиня и без того была потрясена и бессознательно прикрывала руками живот. Все ее мысли были с ребенком, которому уже скоро предстояло выйти в этот страшный свет… Если… Если он… Княгиню мучили мысли, о которых Веселина не догадывалась, и от страха ей становилось почти дурно: она тяжело дышала, подняв одну руку к лицу, точно хотела от чего-то спрятаться. Самый главный ее страх был внутри нее.

– Так она что… так и сказала, что это Гро… Громобой должен быть? – с трудом выговорила княгиня, когда Веселина рассказала все до конца.

 – Что это он…

– Так не бывает! – вставил Баян. – Всякого там княжича Заревика, чтобы он Змея Горыныча или кого там еще победил, долго искать приходится. За морями дремучими, за песками толкучими… как ты там говорила? Да и с детства он хуже всех бывает, только и знает, что в золе копаться. А ваш рыжий еще мальчишкой троих взрослых одной рукой… Не он! – И Баян решительно затряс своей черноволосой, гладко причесанной головой.

– Как это – не он! – возмутилась Веселина. – А кто же тогда! Ведь он – сын Перуна! Не зря Перун Прямичеву своего сына дал, не зря он у нас вырос! Боги заранее знают, что на земле случится! Перун нарочно для того нам своего сына дал, чтобы он нас защитил! Знать бы только, в чем дело! Щеката говорит: в небесах корень беды, а у нас только стебелек пророс. Матушка! – Она с мольбой глянула на Смеяну. – Матушка, может, ты знаешь, в чем дело? Ведь ты – дочь Лесного Князя, внучка Велеса! Кому же знать, как не тебе!

– Не знаю я ничего! – с тоской ответила княгиня.

 – Он сам… Сам Громобой должен знать.

– Он придет сегодня! – подал голос Баян. – Князь ему прийти велел.

– Придет? – Княгиня встрепенулась. – Нет, нет!

Она замотала головой и шевельнулась в постели, будто хотела отодвинуться подальше.

– Нет, нет! Не пускайте его! – жалобно, с каким-то детским страхом забормотала она.