Утренний всадник. Книга 2: Чаша Судеб

Совсем как в тот страшный вечер пожара, ее переполняло ощущение тревоги. Кто-то наслал на них небесный огонь, кто-то наслал буран, а велишинская волхва предрекала княжне чужого человека на дороге. «Как я раньше не догадалась! Дура безголовая!» – казнила себя Смеяна. Сообрази она сегодня утром – и ни за что не дала бы Светловою уехать из Велишина. Как бы ни спешил он домой к матери, она сумела бы его удержать!

Издалека снова донесся протяжный волчий вой, и Смеяне захотелось зажать уши, не слышать его.

Он служил подтверждением ее самым неприятным догадкам. Все-таки и в ней жила сила леса, позволявшая распознать обман.

Вой был весьма искусным, но это пел не настоящий волк.

* * *

– Не нравится мне этот вой! – прокричал Баян, склонившись к самому уху Держимира.

Держимир отвернулся, не ответив. Ему и самому не нравился вой, долетевший из невидимого сквозь буран леса, но отступать было поздно.

– Скорее, княже, иди, иди! – кричала Звенила, из последних сил размахивая метлой с разлохмаченными и наполовину обломанными прутьями.

 – Силы Духа Бурна не бесконечны! Он выдыхается! Иди! Облачная Дева ждет тебя, Отец Грома!

Держимир поморщился – чародейка сама не понимает, что несет, да и никому этого не понять. Похоже, ее дух сейчас находится в Верхнем Небе* и разговаривает с самим Перуном. Но из Держимира сейчас Перун никакой – еле ноги держат.

Спускаясь с прибрежной горы вслед за Озвенем и Баяном, Держимир упирался в снег древком копья и повисал на нем всей тяжестью.

Его била дрожь, ноги ослабли, руки плохо слушались. Силы Духа Бурна не бесконечны? А его силы бесконечны? У кого безумная старуха берет силы для своей ворожбы, как не у него? Держимир уговаривал себя, что все это делается для его же блага, но смириться не мог. Да, ему нужен этот буран, но где взять силы для самого дела? Это только в кощунах младшего брата посылают за невестой – Держимир хотел все сделать сам.

Идти следом за Озвенем и другими было чуть легче, и скоро Держимир уже стоял на льду под горой.

Два десятка его кметей собрались вокруг, закрываясь щитами от летящего снега, но порывы ветра рвали щиты из рук. Зимняя нечисть не разбирает, кто и на кого ее призвал, а рада сожрать без остатка все, что дышит и движется.

Говорить что-либо не имело смысла: слова услышала бы одна только буря, а кмети и сами знали, куда и зачем им идти. Держимир молча сделал первый шаг, и все двинулись за ним.