Арбатские подворотни

Потому что Тутси жадной не была, скорей наоборот, и постоянно попадала на кабаки – бессчетно тратилась. Работа есть работа, но все же, когда среди ее бесчисленных партнеров возникали внушавшие симпатию, она радовалась. Вот и сейчас Тутси без обычной скуки думала о предстоящем вечере.

Вечер, переходящий в ночь, прошел по обычной программе – потанцевали, попили-поели, зарядили какого-то драйвера и смотались на рабочую хату, ту, что она снимала рядом с Госкино. Хоть и два шага, а нечего по улицам болтаться.

Пока совсем уже захмелевший молодой, имя которого за весь вечер так и не удалось установить, исполнял Риту в спальне, Тутси угощала Гора в кухне-баре черным кофе.

Она готовила этот кофе сама, по своему специальному рецепту, которым весьма гордилась.

– Вам нравится?

– Очень, – искренне сказал Гор. – Такое вкусное – такой вкусный, – поправился он, – давно не пил. Пил в прошлом году в Рио.

Тутси с уважением смотрела на него. «В Рио!» Она, конечно, привыкла, что большинство ее партнеров повидали мир и в их разговорах частенько мелькали названия далеких экзотических городов и стран.

Но Рио! Было в этом слове что-то сказочное, влекущее и волнующее. При слове «Рио» Тутси испытывала чувства, близкие тем, что испытывал Остап Бендер. Рио! Тутси виделись утопавшие в синей дали океанские просторы, тонкие кружева брызг, необъятные золотые пляжи и белоснежные громады прибрежных отелей…

– Противный город, – говорил между тем Гор, вторым глотком покончив с содержимым крохотной чашечки, – жарища, пыль, очень старые автобусы, сильно воняют бензином.

Пляж как муравейник – люди, люди, люди. В море плыть опасно. Волна хватает и под себя утапливает. Однажды утонул ваш дипломат. Нет, Париж лучше.

Тутси, неприятно пораженная такой оценкой города ее мечты, вынуждена была согласиться, что Париж лучше.

– А вы хотите жить в Париже? – неожиданно спросил Гор. – Или, или… – Он нахмурил брови, вспоминая нужное выражение, и просиял, вспомнив: – Или на худой конец в Рио?

– Конечно, – усмехнулась Тутси, она возвращалась в привычный ритм, – кто же не хочет! Вот свозили бы меня.

– Не исключается, – задумчиво заметил Гор, – сделанное доброе дело заслуживает награды. – Он опять улыбнулся, довольный им самим составленной русской поговоркой.

– А что я должна сделать? – Тутси кокетливо улыбнулась, покатившись по накатанным рельсам.

– Вы сами знаете что. – Гор подмигнул и добавил: – У нас еще будет время об этом поговорить, если захотите увидеть меня.