Арбатские подворотни

И лег спать. Он испытывал блаженную усталость и чувство удовлетворения. «Это лучшие снотворные», – говорил шеф. Правда, в снотворных Игорь не нуждался. Не успев коснуться головой подушки, он обычно тут же проваливался в сон.

В таких вот не столь уж крупных радостях, заботах и мелких огорчениях текла Игорева жизнь подобно потоку арбатских прохожих: веселых и мрачных, деловитых и праздных, беспрерывно наполнявших эту улицу; потоку то мелевшему, то густевшему, но никогда, даже в самый поздний час, не иссякавшему.

Текла эта жизнь, текла, пока не случилось в ней событие, на первый взгляд не очень уж значительное, но приведшее в будущем к последствиям наиважнейшим: Игорь снова встретил Наташу.

Может показаться странным, но Игорь, коренной «дворянин арбатского двора», не столь уж часто разгуливал по прилегающей к нему территории, по «сельве», простирающейся до Кропоткинской или до Воровского. Поэтому возле высокого дома на улице Веснина, с глазурованной плиткой по фасаду, в котором обитала (а не «работала») Тутси, он не бывал, хотя и жил меньше чем в километре от нее.

Да и как они могли встретиться? В Смоленский гастроном Тутси не ходила, по Арбату не гуляла, домой возвращалась под утро, незадолго до того, как Игорь просыпался. Да и вообще пешком она ходила редко, обычно подъезжала на такси.

Не должны были пересечься их пути.

А вот поди ж ты, пересеклись.

В тот вечер Игорь возвращался из своего клуба «Гармония», испытывая после напряженных занятий и еще более напряженной сауны благолепное настроение.

И неожиданно ему захотелось пройтись. Он свернул на Сивцев Вражек, прошел Плотников переулок, постояв на углу и поколебавшись, пошел не направо, а налево, вдоль улицы Веснина. Он решил прогуляться до итальянского посольства и, сделав крюк по Садовой, вернуться к себе.

Он неторопливо шел по знакомому переулку. Вот справа неприглядный двор Министерства иностранных дел, заполненный машинами. А вот слева какой-то хитрый родильный дом, кремлевский, что ли? Где рождаются одни гении.

Дальше небольшой особняк. В том особняке, по рассказам деда, помещался некогда женский вытрезвитель. Дальше был еще один особняк, какое-то посольство (в прошлом в нем помещалось посольство Израиля).

Игорь дошел до угла. Наискосок возвышался тот самый дом, где жил нарком просвещения Луначарский. Игорь стоял возле дома, куда в тот вечер он проводил Наташу.

Он уже научился, мягко выражаясь, не всегда говорить людям правду. Но себе самому врать еще не умел.