Стоячие камни. Книга 1: Квиттинская ведьма

Она сама предлагала ему увезти ее. Он не захотел – она, бедняжка, не слишком-то красива. А ему нужна такая же красивая жена, как он сам!

Ингвильда сочувственно кивала, подозревая в душе, что всеми этими достоинствами племянник обладал скорее в воображении любящего дяди, чем на самом деле. Тот Хродмар, которого она за эти дни узнала, не имел ничего общего с красотой и доблестью.

Сейчас никто не отличил бы прекрасного знатного ярла от последнего раба. Гнойные маски, в которых терялись воспаленные глаза, бессознательные хриплые стоны, отвратительный гнилостный запах могли бы смутить кого угодно, но Ингвильда старалась не поддаваться страху и отвращению.

Это была ее битва, и она собиралась выдержать ее с достоинством настоящего воина. За себя она не боялась – в восемнадцать лет собственная смерть кажется слишком далекой, даже если чужая сидит на самом пороге.

Через несколько дней в землянке обнаружился первый мертвец. Ингвильда ждала этого, даже знала, кто первым умрет, но все равно огорчилась.

– Бедный Торд! – бормотал Модольв. Ингвильда удивилась, каким образом он еще различает своих людей. – Прикажи вашим людям готовить погребальный костер, йомфру, – с тяжелым вздохом добавил он. – Не могу поверить, что Торд пойдет к Хель. Он был славным воином и заслужил другую посмертную участь! [10 - В подземное царство Хель, по древнескандинавским верованиям, попадают только умершие от старости или болезни. Погибшие в битве попадают в Валхаллу и пируют там с Одином и другими павшими героями.

]

– Но ведь вы были в походе! – попыталась утешить его Ингвильда. – Может быть, Один рассудит, что он погиб в битве с болезнью!

– Можно надеяться, что так… – бормотал в ответ Модольв, но среди морщин на его лбу, в его отсутствующем взгляде Ингвильда ясно читала ужас перед тем, что скоро и его племяннику, быть может, придется идти этим черным путем в подземелье… Не такого конца ему желали бы все, кто его любит!

Не сказав ничего Модольву, Ингвильда велела работникам готовить дров побольше.

Она помнила, чему ее учила Сигнехильда – на девятый-десятый день больные «гнилой смертью» начинают умирать. Срок настал, и мертвецы пойдут вереницей.

Уже к вечеру в землянке было еще три покойника.

Всю ночь Модольв не спал, а ходил между больными, склонялся к лицам, ловил ухом звук трудного дыхания. К утру умерло еще четверо, а у Модольва заметно прибавилось седых волос. Но племянник его еще дышал, хрипло и со свистом, – он не хотел умирать.