Огнедева. Змей-звезда

Собирая дань, значительную ее часть дружина там же и проедала на пирах, устраиваемых для нее местными волостями, а остаток шел на припасы для летнего похода. Продавалась «несъедобная» часть – меха, шкуры, лен, воск. Но ведь Володыня мог хоть иногда отправить в поход воеводу Крепимера, а самому пожить дома с женой! Собственно говоря, так и требовал обычай предков: для войны – воевода, для повседневных дел и суда – князь. Но после прихода варягов многое изменилось: и полянские, и деревлянские князья стали все больше следовать обычаям «морских конунгов», для которых война и поход были главным делом жизни.

– Уж сколько лет я сама себе советом помогаю! – в сердцах бросила она, не веря, что обращается к мужу, от которого уже не надеялась услышать ни слова. – Один Рулав мне все четыре года был и защита, и опора, и советчик.

– А детей тоже от Рулава родить хочешь? – Невидимый гость засмеялся. – Да он стар, для этого дела не годится. Подумай, ладушка моя, что теперь-то с тобой будет? С землей деревлянской? я ведь последний мужчина был в роду.

Умри я без потомства – кто в Коростене князем сядет? Все Ольг себе заберет. И ты-то кто теперь? Была ты княгиня, а теперь – вдова горькая, горлица на сухом дереве. А будет у тебя сын – он князем станет и род наш навек в Деревляни утвердит. А до его возраста ты полной хозяйкой останешься.

– Где же ты раньше-то был? – У Предславы снова потекли слезы. – Сын! Род утвердит! Не я ли тебе говорила…

Она закрыла лицо руками: давно ее уже мучило и повергало в стыд то, что за четыре года она не сумела родить ребенка, но Володыня только смеялся и уверял, что они еще молоды и будет у них со временем семеро сыновей.

– Теперь-то я понял, что ты правду мне говорила, остерегала! – Невидимый гость оказался рядом, его руки мягко легли на ее плечи. – Но беде помочь можно. Будет у нас сын.

– Да как же! Если я теперь понесу, ославят меня на весь белый свет!

– Не ославят. Он скоро родится, никто не узнает, что не до похода он был зачат, а теперь. И вырастет он, будто из воды выйдет – всего семь лет минет, а он уже будет витязем могучим, всем соседям на страх, деревлянам в помощь.

Нигде ему супротивников достойных не найдется, и сам еще и полянскую землю деревлянам под руку приведет.

– Постой! – Предслава отстранилась, сбросила невидимые руки со своих плеч. – Родится? Но как…

– Как все дети родятся: от лона материнского, от семени отцова. Обними меня в последний раз, супруга моя верная, голубка моя белая.