Огнедева. Змей-звезда

Свенельд, рослый, красивый парень, ее ровесник, со светлыми, чуть вьющимися, как у отца, волосами, чертами лица напоминал скорее мать, княгиню Яромилу, а значит, был так похож на Предславу, что их легко было принять за родных брата и сестру. На шее его была повязана маленькая, порядком залоснившаяся уже косынка – знак того, что он обручен.

Так ничего и не сказав, Свенельд выпустил Предславу из объятий и развернул лицом к воротам. А там уже стояли воеводы, сопровождавшие Володыню в походе. Народ, тоже чуя неладное, толпился вокруг, лез почти на плечи передним рядам.

– Ты уж прости нас, княгиня, что с печальной вестью мы пришли к тебе, с вестью нерадостной. – Вперед вышел воевода Крепимер и низко поклонился Предславе. Это был еще не старый, неполных тридцати лет, мужчина, принадлежащий к одному из самых знатных родов, что позволило ему, в сочетании с храбростью и отменным воинским умением, стать старшим воеводой Великой Деревляни. – Прилетали ясны соколы, одного только нет. Все-то мы в Коростень воротились, одного только нет – князя нашего молодого Володимера Доброгневовича.

Предслава не сводила с него глаз, ожидая продолжения; Свенельд обнимал ее за плечи, явно готовый подхватить.

– Видно, так Суденицы рассудили, так Перун порешил, – Предславе поклонился другой нарочитый муж, Собигнев. – Сложил князь наш буйну голову в сече лютой, подсекла его жизнь молодую Мара серпом своим серебряным.

– Что это? – Предслава повернула голову и посмотрела на Свенельда. – О чем они говорят?

Она понимала каждое слово, но при этом ее не оставляло странное чувство, будто к ней обращаются на неведомом наречии заморских племен.

– Плачь, сестра! – Свенельд вздохнул и тряхнул волнистыми прядями. – Нет у тебя больше мужа. Погиб на Суле Володыня наш, в битве с Заславом. Там и погребли мы его, страву и тризну справили. Две седьмицы миновало уже.

У Предславы подкосились ноги, и Свенельд с готовностью поддержал ее. Вокруг образовалась пустота, даже земля, казалось, растаяла.

– Ой, сыночек мой дорогой… – почти без голоса просипела рядом Чтислава, шатаясь.

– Князя нашего убили! – заголосила сперва одна баба, стоявшая поближе, а потом и прочие. – Кормилец наш! Опора наша! На кого же ты нас покинул, сокол ясный!

– Плачь, сестра! – Свенельд слегка подтолкнул Предславу.