Княгиня Ольга. Зимний престол

Для единения с ним и затеваются эти кровавые обряды. Когда получается – это тяжело перенести. Но удача не дается богами даром. Чтобы получить часть божественной силы, нужно слиться с божеством.

Вернувшись в свой шатер – богатый, большой, целый дом из белого полотна, – Хельги не сразу заметил, что он там не один. И лишь когда он сел на кошму, устало свесив мокрые после умывания руки, легкое движение в углу привлекло его внимание.

На ковре, привалившись спиной к ларю, сидела женщина. В первый миг Хельги не узнал ее – так далеки были его мысли от земли.

– О господи, что с тобой?! – плачущим знакомым голосом воскликнула женщина.

Словно вдруг прояснилось в глазах, и Хельги узнал Акилину. Она так и сидела здесь, в сером шерстяном платье и простом белом гиматии[17 - Гиматий – в византийской моде наследие античных времен, теплый плащ, использовался разными слоями населения.

– Посмотри на себя! – Она вскочила; при этом с колен ее упала, тяжело звякнув, кожаная сумка. – Ты весь в крови! Сам похож на беса! Ты что – не только убил этих несчастных, но и съел их сердца?

Хельги послушно посмотрел на себя – его одежда и правда была вся в кровавых пятнах. Но с чего она взяла, будто он что-то там ел?

Он стянул испорченную рубаху и бросил на пол.

– Почему ты еще здесь? Ждешь темноты? – Хельги посмотрел на сумку.

– Да будь проклято твое золото! – Акилина в раздражении ударила сумку ногой. – Оно не поможет мне спасти душу, если…

Хельги молча смотрел на нее, слишком усталый, чтобы разговаривать.

– Нет толку мне уходить, если душа моя все равно остается рядом с тобой! – выпалила Акилина, потом ушла в самый дальний угол и села там, отвернувшись от Хельги.

Там она и просидела до самых сумерек, пока в шатер не заглянул Ольвид.

– Конунг! – окликнул он Хельги. – Там… ветер крепчает. На север.

Акилина вздрогнула и вскинула голову. Хельги встал:

– Значит, пора.

И вслед за Ольвидом вышел из шатра, не оглянувшись на оставляемое имущество. Акилина вскочила, подхватывая одной рукой гиматий, а другой – сумку со своим «приданым», и поспешила за ним.

* * *

Не только Хельги без сожаления бросил свой шатер. Все шатры были оставлены на местах, между ними горели костры.