Княгиня Ольга. Огненные птицы

И если нет той волшебной скрыни, из которой по слову колдуна выскакивает целое войско, то надо как-то самим управляться.

– Так оно и бывает, отроче, – сочувственно вздохнул дед по имени Щепа, рослый, худой старик с тонкой пегой бородой. – Кто первый у ворога на пути случается, тому судьба пропасть. Стопчут его, как в поле обсевки. Войско соберется, да уже других боронить станет.

– Единого мы рода с малинскими, единого колена, – напомнил робким Ладовек. – Покон дедов велит своим помогать. Коли нарушим завет, чуры нас проклянут.

В итоге сошлись, что пятеро мужчин, наилучших стрелков, возьмут луки и устроят засаду на пути отхода русов, а прочие будут спасать своих. Дед Щепа тоже вызвался в засаду: он славился как хороший ловец, а крепости рук еще не утратил.

– Близ брода, на нашей стороне, горочка такая слева, а справа – кусты, – рассказывал Ладовек, чертя хворостиной по земле. – Вот здесь, на горочке, если залечь да разом всем выстрелить, как покажутся, то можно пятерых снять. Мы выждем, пока русы на брод зайдут, а полон будет еще на этой стороне.

– Надо выждать, пока первые на тот берег ступят, а тут вы стреляйте по тем, кто еще на броде, – предложил Вьюха. – Люди упадут, кони упадут, может, раненые биться будут. Тем, кто перешел, дорогу обратную перекроют. Вот нам и сподручнее будет.

– Ладно придумал, – кивнул Ладовек. – Кого сможем, снимем. А тут уж вы бегите – если будут связаны, узы режьте, тащите в лес. Кто сумеет, убежит. Мы, может, раза два выстрелим, а там уходить придется.

И развел руками: помочь еще как-то было не в его силах. Но малинцы были благодарны и за это: без помощи соседей у них не осталось бы надежды вытащить хоть кого-то.

Уговорившись, тут же сели в три челна и тронулись вниз по Ирше. Предстояло до ночи, опережая русов, попасть к броду, осмотреться, выбрать место и залечь. Как скоро к нему подойдут русы, знать было невозможно, и Берест не находил места от тревоги.

– Не ерзай, – буркнул ему молчаливый коренастый мужик, в чьем челне сидели Берест и Липняк.

Больше он ничего не сказал, даже во время бурного спора в селении молчал, но, когда Ладовек спросил, кто пойдет с луками на брод, первым шагнул к нему.

Войдя в Тетерев, спрятали челны в кустах ивы на той стороне. Листья уже начали желтеть и сыпаться, но зеленые держались еще густо, обещая успех задуманному делу.