Священный Дракон Амерона

– Но это же здорово! Конечно, ты уже не тот красавец, что был раньше. Но главное – ты жив! Алена, разреши представить тебе моего лучшего друга по летному училищу Зиновия Зуваровича.

– Зиновий, а это – моя дочь Алена.

– Я уже догадался. Очаровательная девчушка. А где же супруга?

Тут в прихожую из гостиной вышла мама со словами:

– Ну где вы там запропали?

Увидев Зуваровича, она осеклась на полуслове.

– А вот и она, – папа обнял маму за плечи. – Ирина, а ну-ка угадай, кто к нам приехал.

– Сейчас попробую с трех раз.

 – Мама задумчиво подняла глаза к потолку. – Санта Клаус? Нет. Так-так. Михаил Боярский? Нет, тоже не то. Ну тогда Зиновий Зуварович!

Зиновий, стоявший скромно потупив взгляд, при этих словах подпрыгнул на месте и радостно заорал:

– Узнала! Узнала! Значит, мои дела не так уж плохи!

– Да уж, приятель, ты в отличной форме, – поддержал Зиновия папа.

– Все-таки женщины всегда относились ко мне лучше, чем остальная половина человечества! – снова завопил гость и бросился к маме.

Тут снова начались объятья, поцелуи, сопровождаемые невнятными восклицаниями, междометиями и малопонятными шутками.

Алена, улыбаясь, смотрела на эту сцену. И хотя Зиновий поначалу произвел не совсем приятное впечатление, девочка была рада тому, что про ее "поездку в лагерь" все на время забыли. К тому же, среди папиных друзей никогда не было людей плохих. Встречались, конечно, чудаки, но все они были людьми интересными и в высшей степени порядочными. Так что Алена была почти уверена, что и Зуварович , несмотря на свой жутковатый вид, окажется человеком незаурядным.

Да и самой Алене будет спокойнее, если на время ее отсутствия (как ожидается, довольно длительного) родители будут не одни. Кстати, теперь есть с кем папе пойти на байдарках. Очень удачно все получается. Алена захлопала в ладоши, что было расценено, как присоединение к общему веселью.

Мама быстро накрыла на стол, и встреча старых друзей продолжилась уже за ним. В комнате то и дело слышались взрывы смеха и возгласы "а помнишь…"

Время от времени Зиновий скорбно вздыхал, отворачивался от стола и, приподняв очки, вытирал глаза огромным носовым платком.

Потом шумно сморкался.

– Не обращайте внимания. Нервы. – оправдывался он.

– Да, – сочувственно вздыхал папа, – а ведь когда-то орел был. В какие только передряги не попадал – и ни слезинки. Меня сколько раз из беды выручал. Э-эх!

– Да что там я! – не оставался в долгу Зиновий.