Давай ограбим банк

Перед глазами появляется сюрреалистичная картина: человек десять распластаны по полу. Пожилая женщина в строгом брючном костюме скулит возле стены. Парень и девушка из числа сотрудников банка рядом с ней. Они романтично взялись за руки. Спина девушки то и дело нервно вздрагивает. Возле другой стены сидят мужчина и женщина, лет тридцати. Они с ужасом смотрят на меня. Левее от них распластались мужчина восточного вида с мальчиком-подростком.

– Микки, – тихо говорит водитель автобуса.

– Что? – не понимаю я.

– Меня зовут Микки, – поясняет тот.

Оборачиваюсь и смотрю на него. Самый обычный парень с очень перепуганным лицом и смешным детским именем. Микки переступает через кого-то и оказывается слишком близко ко мне. Смотрю на человека, через которого сейчас перешагнул Микки. Это бородатый парень в светлых драных джинсах. На нем они смотрятся комично. Одна штанина перепачкана чем-то ярко-красным, и только в этот момент замечаю лежащего на полу инкассатора. В метре от меня. По нему не скажешь, жив он или мертв.

Посреди отделения банка в луже крови лежит огромная фигура одного из инкассаторов. Возле одной из стоек менеджеров сидит другой перевозчик денег. Без оружия. Мужчина часто дышит и судорожно сжимает горло. Его ладони в крови. Он хрипит, пытаясь что-то сказать.

Микки прижимает меня к себе и держит за шею. Я вроде как его живой щит. Он медленно переступает через нагромождение тел, распластанных перед ним.

– Там полиция. Ты не сможешь уйти, – говорю я сдавленным голосом. Рука парня крепче сжимает горло.

– Ты ведь понимаешь, что я очень нервный, правда? – спрашивает он. Ответить я не могу.

В очередной раз спотыкаюсь о чью-то руку. Он воспринимает это как попытку к бегству и пихает меня в спину. Тут Микки видит семейную пару возле стены и направляет оружие на них.

– Зачем сюда пришел? – вполне миролюбиво спрашивает он у мужчины.

– За д-деньгами, – заикаясь, выдавливает тот.

– Надо же, я тоже, – хмыкает он. – И она тоже за деньгами. Цели только разные. Вот тебе зачем деньги? – Последняя фраза относится ко мне. Я понимаю это по толчку в спину.

– В бар сходить, – говорю я, ожидая вспышки ярости.

– А мне сестре операцию сделать. Такие вот разные мотивы, – вполне миролюбиво отзывается он.

– Мы машину хотим купить. Белую, – отвечает женщина.