Мир, который меня позвал. Книга 1. Ингвар

По дороге я не раз пыталась заговорить с шагавшей рядом девушкой, но бедняжка лишь печально смотрела на меня и мычала что – то нечленораздельное.

– Харпис! Харпис! – вдруг начал кричать на непонятном языке человек, идущий во главе колонны. Видимо, и он увидел всадников, ожидающих пленных на широкой дороге. Один из охранников хотел было замахнуться хлыстом, но главный из конвоиров остановил его.

Моя голова гудела от увиденного, но удивляться и поражаться не имело практического смысла. Всё, что происходило вокруг, необходимо преобразовать в нужную для выживания информацию.

Выводы мои были неутешительны. Во – первых, я не понимаю языка, на котором говорят эти люди. Во – вторых, эти девушки, а с ними и я…ценный товар. Сами подумайте, раз их за побег не стали избивать. Вероятно, они из семей сектантов – старообрядцев, которые держат дочерей в отдаленных общинах подальше от иной жизни, полной блуда и гаджетов.

Или это какая – то современная работорговля? А может, эти девицы – проститутки? Или нас завербовали для террористических организаций???

Все – таки самой правдоподобной мне казалась первоначальная версия про старообрядцев, так как одежда на всех этих людях была очень странной.

Но, увы, мне даже близко не удалось разгадать планы всадников, ожидавших нас возле дороги.

О, эти мужчины достойны пары абзацев моего дневника! Выглядели они по – настоящему устрашающе: словно вороны или вампиры, все в черном с головы до пят и на таких же угольно – черных жеребцах.

Знаете, и это были не такие лошади, на которых можно в парке прокатить детишек. Это были скакуны – исполины. Когда мы поравнялись с ними, то я поняла, что морды лошадей находятся высоте моей вытянутой руки. А я вовсе не Дюймовочка, мой рост около 170 см.

Всадники были угрюмы, их лица ничего не выражали, и казалось, что даже наша «охрана» их побаивалась.

Моему дорогому читателю могло показаться, что рассказываю я будто не о себе, словно наблюдаю эту историю со стороны. Но поверьте мне на слово – я была в ужасе!

Липкий страх сковывал мое тело и мысли. Это можно сравнить с сонным параличом во сне: хочется кричать, двигаться, сделать хоть что–нибудь, но вместо действий вы лежите и беспомощно хлопаете глазами.