Викторион

Ягода лопнула и забрюзжала свежим соком, который начал жечь кожу эльфийки, как кислота.

– Невозможно, ? удивленно проговорила девушка. ? Этот куст тоже проклят.

– Значит, ? рассудил человек, его голос дрожал, ? я всё-таки умру?

– Сказала же, ты бы уже давно умер.

– То есть…

– На тебя проклятие не подействовало.

Внезапно эльфийка схватила его за одежду и притянула его лицо к своему.

– Кто. Ты. Такой. ? Отчеканивая каждый слог, спросила она.

– Да не знаю я! Честно, не знаю! Чего пристала?! Первое, что я увидел ? твое перекошенное от злости лицо и торчащую в твоем луке стрелу, а потом вспомнил слово «человек».

Недовольно цокнув языком, эльфийка оттолкнула его от себя. Он обо что-то споткнулся и упал на спину.

– Пусть в Каталлоне решат твою судьбу.

– Только не говори, что мы будем без остановки идти эти четыре дня.

– Эх, ? вздохнула она, ? смотрю на тебя и понимаю, что подобное ты не переживешь.

– Постой! ? воскликнул он. ? Я забыл спросить самое важное. Как тебя зовут?

– И это ты считаешь самым важным? ? в ее голосе слышалась усмешка.

Он мгновенно почувствовал себя глупо.

– Просто… просто…

Она развернулась к нему вполоборота, и ее золотисто-каштановые волосы, как в танцы, начали красиво развеваться на усилившемся ветерке.

– Моё имя… Элландрия.

Мужчина и эльфийка шли быстрым шагом по лестным просторам. Девушка легко маневрировала между ветками. Она поддерживала единый темп, а он делал все, что в его силах, ? пытался не отставать. Сказать, что у него плохо получалось ходить тут, ? значит, промолчать. Он постоянно спотыкался, терял равновесие, падал и катился, как клубок, вниз. Элландрии не раз приходилось ловить его на лету и ставить на ноги. Ее это сильно раздражало, ведь так они только задерживались в пути.

Первое, что бросалось человеку в глаза ? множество оттенков зеленого. От махровых и мягких, но в тоже время скользких стволов деревьев, до пушистой травы. Каждый куст как живой двигался от ветра, что гулял тут в роли хозяина. Все пахло цветами и душистыми травами. Несмотря на то, что крона закрывала от солнца большую часть леса, темного участка тут нигде не было.