Тени не исчезают в полдень

Ника и узнала первой, только совсем не так, как планировалось…

Одно слово от Андрея: «Приезжай», и Алек наскоро переоделся и выбежал из квартиры. Не будь дороги такими пустыми, едва ли он избежал бы проблем. Никогда Алек не ехал так быстро, не думая ни о камерах, ни о штрафах. Пусть бы его лишили прав, сейчас это не имело значения.

Алек просто знал, что случилось нечто ужасное. Андрей сразу отключился, но его голос дрожал. А отсутствие объяснений могло значить только одно – он боялся сказать правду.

Едва припарковав машину, а, если точнее, просто бросив её у края дороги, Алек побежал к дому Влада. Даже в таком состоянии он заметил Тойоту Андрея и…

Что-то внутри оборвалась и полетело в пропасть. Сердце колотилось, как заведённое, в висках пульсировало, проклятые картинки из сна стояли перед глазами, смешивались со светом мигалок скорой помощи.

Алек застыл у двери подъезда, холодная ручка жгла ладонь. Он не мог решиться открыть дверь, боялся того, что увидит. Неизвестность страшнее, но проще.

Дверь открылась без помощи Алека, мимо него пробежали люди в медицинской форме. Стук шагов, хлопок и снова тишина. Алек и не сразу заметил, что Андрей теперь стоял рядом. Он смотрел куда-то дальше того, что можно увидеть, сквозь ряды домов, сквозь тёмную гладь неба.

– Извини, что не сказал сразу.

Алек обернулся. Андрей стоял к нему боком, соединив руки в замок за спиной. Алек не мог видеть его лица, но голос его звучал хрипло и надтреснуто.

На фоне тёмного неба в отсветах мигалок вырисовывался лишь тёмный силуэт Андрея. Всё в нем было неправильно спокойно, уверенно. Но Алек понимал: это прикрытие. Андрей не хотел смотреть ему в глаза.

И Алек не выдержал, распахнул дверь, бросился наверх по лестнице, спотыкаясь в темноте о ступеньки. Дверь в квартиру Влада была открыта, внутри собрались люди. Но Алек и не думал останавливаться. Он не видел лиц, только силуэты, тёмные, чужие, безжизненные. Алек протискивался вперёд, не обращая внимание на голоса, на останавливающие его руки и вдруг замер.

В эту секунду всё перестало существовать. Мир перевернулся, закружился и разбился на мириады осколков, оставив после себя лишь зияющую пустоту. И боль, будто эти осколки разом впились под кожу. Только ещё хуже.

Смерть никогда не была в глазах Алека так безжалостна. Она закралась в самое сердце, впилась когтями, оставляя рваные раны.