Если я исчезну

Я думаю об отрывке из записной книжки: «Либо она чертов экстрасенс, либо шпионит за всеми». Когда твоя мать видит, что, подойдя к своему домику, я в нерешительности останавливаюсь, она говорит: «Мне нужно кое-что тебе рассказать», и я следую за ней через ранчо к главному дому.

Внутри шикарная обстановка – здесь нет современных или модных излишеств, это просто дом явно очень богатого человека. Роскошь подчеркивают рояль и статуя Христа из слоновой кости со сверкающими дырами в руках, дорогой паркет, отдельная прихожая для верхней одежды и обуви, гостиная и столовая для торжеств.

– Хочешь чашечку чая? По моему особому рецепту.

Моя грудь сжимается при воспоминании о бутылках в теплице, но я напоминаю себе, что у меня нет никаких доказательств, что она убийца. Да, она ведет себя жестко и грубовато, но убивать меня, скорее всего, не собирается. Хотя могла бы. Ей ничего не стоит меня убить, я ведь здесь совсем одна. Как быстро меня нашли бы? А что, если не нашли бы вообще?

– Я сегодня разговаривала с родителями, – говорю я на всякий случай.

Она ставит чайник, наполняет два чайных ситечка своей заваркой. Она не торопится с чаем, а я смотрю на нее, напоминая себе, что нужно дышать.

Закончив, она приносит чай (жидкость пурпурного цвета) в белоснежных чашках с блюдцами, ставит одну передо мной, а сама садится напротив.

– Я ведь говорила тебе, – постукивая ногтями по чашке, произносит она, – не ходить туда.

На самом деле она сказала мне, что там вообще нет тропинки.

– Я нечаянно. Я заблудилась. Вы были правы, здесь легко потеряться.

Я вру, и она это знает, не может не знать. Сейчас все может пойти прахом. Из-за этой ошибки я могу остаться ни с чем, потерять тебя, свою работу, свое место здесь и шаткое понимание твоего мира. И все по собственной неосторожности.

Твоя мать откидывается назад и шумно выдыхает.

– Я не хотела тебе этого говорить. – Она наклоняется вперед. Под подбородком у нее вьется легкий пар. – Моя дочь… – при этих словах все поплыло у меня перед глазами: деревянные стулья, стол, документы, сложенные на столе в углу, огни над нашими головами, – была убита.

– Убита? – Я не могу в это поверить, несмотря на то что твоя мать только что произнесла это вслух.