Если я исчезну

Она перехватывает седло удобнее и кивает на другое для меня.

– А как же Белль Стар?

– Никто не ездит на Белль Стар. – Это звучит очень драматично, по-киношному.

– Если на ней никто не ездит, зачем вы ее держите? – спрашиваю я, не подумав.

В ее глазах мелькает удивление, потом она улыбается.

– Ты задаешь много вопросов. – Пауза. – Мне это не нравится.

Мы ловим лошадей, расчесываем их и запрягаем. Я волнуюсь, но выполняю всю работу механически, потому что руки все помнят. Как работать металлической щеткой, избегая ног, морды и живота.

Как проводить рукой по задней стороне ноги лошади и сжимать ее, чтобы она подняла копыто. Когда я собираюсь поднять заднее копыто Ангелины Второй, она сгибает ногу и внезапно брыкается. Я отскакиваю.

Твоя мать смеется:

– Я забыла сказать, что она грешит подобным.

– Есть что-нибудь еще, что мне стоило бы знать? – Я пытаюсь снова, на этот раз осторожнее, но она брыкается еще сильнее.

Твоя мать вновь смеется.

– Ее надо стегнуть. – Она передает мне хлыст.

Ангелина Вторая прекрасно подает копыто. Она умная.

Мы седлаем лошадей и объезжаем двор по границе участка. Тропу не расчищали, поэтому она усыпана упавшими ветками и пестрит ядовитым плющом. В какой-то момент мы проезжаем под поваленным деревом, крона которого висит прямо у нас над головами.

Твоя мать объясняет, что туристическая тропа только одна. По одному склону она тянется вверх до Орлиной скалы, а вниз спускается по другому до реки Кламат.

– Только не говори этого гостям! Им нравится думать, что они каждый день ездят новым маршрутом.

Да и в любом случае они никогда не заметят, здесь все выглядит одинаковым.

– А как насчет тропы у дома Джеда?

Она щипает себя за нос.

– О чем ты?

– О том месте, где я нашла кота. Куда ведет та тропа?

– Там нет никакой тропы. – Она говорит так, словно от сказанных слов тропа действительно перестанет существовать. Внезапно я осознаю, что именно с той тропы и нужно начинать поиски.

Ангелина Вторая размеренно и спокойно шагает за лошадью твоей матери.

Я сажусь чуть выше в седле.

– Вы сказали, Джед живет в доме вашего сына?

– Да. Мы построили его для его семьи.

– Почему же он в нем не живет?

Она хмурится.

– Это лучше спросить у него. А вот это, – произносит она, как будто поняв, что, только продолжая говорить, сможет заставить меня молчать, – шахта. Ты знаешь, чем славится эта местность?

Я не знала, что эта местность славится.

– Йети?

– И золотой лихорадкой.