История о двух хулиганах

Но сама постановка утверждения, что он в принципе этого знать не может, а если ещё проще – что он тупой, мало того, что раздражала, но и могла быть причиной, садануть подобного заявителя по зубам, со всей силы. А то, что Павел, в данном случае даже и не думал своей фразой оскорблять Славу, и не считал её какой-то обидной, служило скорее отягчающим обстоятельством.

– Нам очень она понравилась, особенно Кириллу. Он вообще всегда любил героический эпос, да с того же Геракла начиная. Но книга только в читальном зале была, в одном экземпляре, и на руки не выдавалась, поэтому приходилось её читать там.

Слава слушал и диву давался: как эти отличники, которых вроде как все считают очень умными, не понимают, за что их порой хотят наградить тумаком? Надо же уметь как-то короче изъясняться.

– Шли мы, значит, вдоль садика, а там, в «кармане», эти были: Максим Веселов, со своей бандой. И вроде как даже пьяные они были. По крайней мере, так нам показалось тогда. Они нас заметили и стали кричать, чтобы мы шли к ним. Ну а мы испугались. Они и трезвые-то, не приятные в общении, а в таком состоянии – страх подумать, что могут сделать.

В этом умозаключении Слава с Павлом был солидарен. Макс-Орех и трезвый то сначала делал, потом день просто существовал, и уже только потом, думал.

– Мы дёру и дали, как могли; а они за нами вдогонку. Бегуны мы, правда, как ты догадываешься, такие себе. Я-то уж точно. Вот мы и хотели к универмагу выбежать успеть, там людей много и нас бы уже не тронули.

Вячеслав понимающе кивнул – тактика в целом здравая.

– Ну мы к тринадцатому дому и побежали: там подъезды сквозные, единственный наш шанс был. Да вот только там нас и нагнали, – Павел замолчал, уставившись на сложенные перед собой в замок руки, со слегка вращающимися вокруг друг друга большими пальцами.

Собравшись немного с мыслями, он продолжил:

– Не знаю, наверное, мне тогда надо было с ним остаться, а я… В общем, мы в подъезд забежать-то успели, но и «эти» – почти с нами одновременно. Кирилл меня быстро вытолкнул со второго входа, а сам собою дверь подпёр; прокричал чтоб я домой бежал, а он мол, Бхимасена, и справиться… Что на него тогда нашло – ума не приложу. Да и на меня тоже.