Сила, способная изменить мир. Вера

Присев на неё, Анью достала из сумки лепёшку, развернула её и, аккуратно сложив лист, спрятала обратно в сумку. Неизвестно, где найти ещё такие, а этим вечером она хотела поэкспериментировать с запеканием картошки. Медленно подняла взгляд – толпа стояла полукругом, молча и выжидательно смотря на неё.

Они что, собираются смотреть даже на то, как я ем? Бровь медленно поползла вверх. Однако крестьян это не проняло. А если я молнией в кого-нибудь из них кину, они разбегутся?

– А ну разошлись! Дел, что ли, нет других? Глазеют тут, как дурачьё! – властный мужской окрик мгновенно разогнал толпу.

Рядом с ней присел мужчина с длинной седой бородой и ясными, добрыми глазами. У этого старика они были цвета грозового неба. Совсем как у малышки, торговавшей фруктами. Анью втянула обратно магию. Окрик старика подействовал даже на собак, мгновенно убежавших, поджав хвосты.

– А ты кушай, кушай, девчуля! Не обращай на них внимания. Ваши редко к нам заходят. Ты на моём-то веку третья.

– Спасибо! – Анью кивнула в знак благодарности и надкусила лепёшку.

Переплатила.

– Я староста местный. Родомиром звать меня. Если чем могу помочь – обращайся. Ты откуда будешь, девчуля?

Анью медленно прожевала и проглотила кусок лепёшки.

– Я в Леонхольд иду. Задание у меня там.

– О! Так ты наёмничаешь! – старик задумчиво почесал бороду.

– Вроде того! Меня за артефактом послали. Ковчег Первозданного Света найти. Слышали о таком? – староста ей нравился.

– Слыхал… Сотни лет его ищут, да всё никак не найдут. Искатели часто через нашу деревню в Леонхольд ходят, – старик медленно обвёл взглядом площадь, словно обдумывая слова. – Вот только что я тебе скажу, девонька, дело твоё – труба. Не знает никто, что это за Ковчег такой и был ли он вообще. Кинули тебе задачку неразрешимую. Твой-то век подольше чем мой будет, но и то не хватит весь мир облазить.

– Ничем не провинилась, – ответила Анью, отщипывая от лепёшки небольшой кусочек. – С решением богов не спорят. Послали, так послали, – кусочек лепёшки отправился в рот.

– Божья воля – это хорошо, – староста потрепал кончик бороды и улыбнулся, – Мне вот вчера вечером ворон прилетел от соседей.