Сила, способная изменить мир. Воля

Сальные патлы волос на головах женщин собраны в растрёпанные пучки или тощие косы. Люди явно протестовали, но выглядело это как парад попрошаек.

Они подошли к одному из солдат, стараясь держаться подальше от толпы. Бэнбрюс достал и показал какую-то небольшую металлическую пластинку.

– Они со мной.

– Так точно! – солдат кивнул и сделал шаг в сторону, пропуская их через оцепление.

Было странное чувство, что кто-то очень пристально за ней наблюдает. Анью обернулась, пытаясь найти источник этого чувства, но никого подозрительного не заметила.

Она дёрнула кончиком уха, будто хотела сбросить это неприятное ощущение. Яростный вопль толпы донёсся им вслед. Анью перевела взгляд на Бэнбрюса. Тот никак не отреагировал на эти вопли.

– Глупцы. Не понимают своего счастья, – покачал головой мужчина. – Железная дорога освободит их от тяжелого труда. И добраться до Штерна теперь можно за два часа, а не за два дня. Я куплю нам билеты. Мне давно надо было явиться в «Прогресс»…

Бэнбрюс ушел в небольшую металлическую пристройку, оставив их с Джи Кангом.

Они с Отшельником переглянулись.

– Не самое лучшее место для путешествия ты выбрал, – Анью улыбнулась.

– Не бывает плохих или хороших мест, – Джи Канг накрыл её голову своей огромной ладонью. – Каждый уголок Акрасии Великий Творец создавал с любовью и вдохновением. Даже эти земли. Если приглядишься внимательнее, то сможешь рассмотреть прелесть и в них. Нет ничего совершенного. Этот мир не совершенен. Вот почему он так прекрасен.

Анью пожала плечами.

Ощущение, что на неё смотрят, становилось всё навязчивее. Она скользила взглядом по людям, что скандировали угрозы и обвинения в адрес местных властей. Где-то среди толпы заплакал ребёнок. Чародейка напряглась, пытаясь понять, стоит ли ей вмешиваться.

– Я разберусь, – Джи Канг хлопнул её по плечу, отчего снова подогнулись колени, и ушел к бунтующим.

Стоило мужчине отойти, как неприятное чувство слежки усилилось. Оно не столько пугало, сколько раздражало.

Я ведь только сошла на берег, неужели уже успела найти себе врагов?

– Привет, ушастенькая.

Сперва она хотела проигнорировать столь откровенное хамство, но любопытство пересилило. Энвиса в подсознании метала молнии, ярко реагируя на такое фамильярное обращение. Аньюриэль нарочито медленно обернулась, смеряя хама презрительным взглядом.

Этот человек явно чувствовал себя хозяином положения. Он вольготно облокотился на стену здания, согнув в колене одну ногу и сложив руки на груди.