Сила, способная изменить мир. Долг

Королевская библиотека будет в вашем распоряжении только после того, как голова мальчишки окажется на этом столе. Отдельно от остального тела, разумеется, – регент ударил кулаком по столу, видимо надеясь, что это произведет впечатление на собеседника.

– А как же Шай’Солар? – демон приподнял вверх одну бровь.

– Шай’Солар? Я и без него неплохо справляюсь. Мне хватит и короны. Меч тоже заберете себе, но сперва выполните свою часть уговора!

– Непременно… – он опрокинул в себя оставшийся в стакане коньяк и встал, едва заметно кивнув головой в сторону собеседника.

Смертные… Тщеславие – мой любимый грех.

Так забавно было наблюдать за этим человеком, решившим что ему действительно нужно чьё-то дозволение, чтобы взять что-то из дворца. Кармиан лишь играл с ним, как играл со всеми… Дэрон выбрал одного короля, он – другого.

Что ж, посмотрим какой ход будет следующим…

Кармиан открыл портал. Впереди его ждал интересный разговор с командующим Легионом Тьмы. Волдан будет очень расстроен, когда узнает, что его демонов и лучшего охотника убила всего одна магичка.

Глава 4. Кровь и слёзы

Мы можем помолчать.

мы можем петь,

стоять или бежать,

но все равно гореть.

Гори, но не сжигай,

иначе скучно жить.

Гори, но не сжигай,

гори, чтобы светить…

Lumen – Гореть.

Аман.

– Довольно!

Звук голоса колдуньи выдернул Амана из сна. Он медленно поднялся, вылезая из своего походного шатра.

Он медленно подошел к шатру девушки.

– Искатель?

Ему никто не ответил.

Я ведь не ослышался?

Аман немного помялся у входа.

– Искатель, Вы у себя? – безрезультатно подождав ответа, он немного отодвинул полог, надеясь, что не схлопочет пульсар прямо в лицо.

Внутри никого не было.

Куда она могла пойти?

Аман осмотрелся, пытаясь понять, откуда доносился голос.

– Ты ошибаешься! – судя по интонации Анью была очень зла.

Жрец двинулся в лес, туда, где на кого-то кричала Аньюриэль. Что бы там не происходило, ему нужно было не дать конфликту перерасти в драку. Иначе придется лечить очередного переломанного страдальца. Колдунья была бессовестно-разрушительна в гневе. Снова наступила тишина, её собеседника Аман не слышал.