Сила, способная изменить мир. Долг

Будущий король тоже в рванье…

Аман глубоко вздохнул, сдаваясь под пристальным взглядом девушки, и медленно снимая перчатки.

– И смысл был спорить? – Анью покопалась в сумке, доставая корону и небольшую красную подушку, отделанную силлинским шелком.

Арсенал барахла, которое она таскала с собой, был просто поразительным. Наверное, проще было сказать, чего у неё с собой нет.

– Приступим, – жрец внимательно окинул их взглядом.

Они стояли на небольшой площадке перед обелиском. Солдаты перестали перешептываться.

– Силлиан, сын Вейлора Мудрого, потомок Лютерана, готов ли ты принести клятву перед своими подданными, живыми и павшими?

Клятва у него была заготовлена уже давно. Лорд Тадеуш старательно поработал над словами, которые он должен будет произнести при коронации. Но за последние пару недель всё круто изменилось. И сам он изменился, давно заученные слова стали казаться какими-то пустыми.

Для чего мне власть? Что я хочу сделать?

Он опустился на одно колено перед жрецом, кладя ладонь на рукоятку Шай’Солара.

– Будьте свидетелями моего обета! Отныне я – меч Лютерии! Я – щит, который призван защищать свой народ во веки веков! – такие простые слова, они в тоже время шли из глубины сердца.

– Клятва принесена. Подайте корону.

К ним бесшумно подошла Аньюриэль. Она улыбнулась и едва заметно кивнула ему, словно одобряя услышанное.

– Силлиан Первый, законный наследник престола.

На его голову опустилась тяжесть короны. Воздух вокруг засветился золотистым светом – кажется Аман и Анью решили добавить в таинство коронации немного магии… Силлиан поднялся, извлекая Шай’Солар из ножен.

Может быть сейчас?

– Да здравствует король! – раздался рядом голос Амана.

Он вскинул руку с мечом вверх, но клинок так и не засиял. Солдаты подхватили слова жреца. Поднялся оглушительный гомон.

***

На главной улице деревни поставили в ряд огромные столы. Вислав, покидая Озерную деревню, сообщил старосте и людям куда и с какой целью они идут, и жители приготовили к их приходу пышное празднование. Шум вокруг был такой, что слышно должно было быть на весь таежный увал.