Служанка в высшем свете

Изумленная, она взглянула на смуглое, суровое лицо, на котором горели пристальные янтарные глаза.

– Боже! – выдохнула она. – Вы здесь?

Темные брови поднялись в немом вопросе.

– Мы знакомы?

Ее мир перевернулся с ног на голову, когда она взглянула на этого человека.

– Н-нет, – солгала Верити. – Вы испугали меня. Благодарю вас, сэр. И… я не знала, что тут кто-то есть. И… я поскользнулась.

– Правда? – В глубоком голосе прозвучало небрежное любопытство. – А Фарингдон тоже поскользнулся?

Верити не сумела сдержать содрогания.

– Вам пора уходить, Фарингдон, – продолжал ее спаситель. – Будем считать, что мы поняли друг друга.

Годфри показался на лестнице, и Верити с нехристианским удовольствием отметила, что ее отчаянное сопротивление оставило на его лице кровавые царапины.

– Что это с вами? – вспыхнул Годфри. – Это не ваш дом!

Лорд Блейкхерст улыбнулся без малейшего следа юмора:

– Капризам гостя всегда следует потакать, Фарингдон.

Девчонка? Верити только поперхнулась, проглотив возмущение. Безопасней будет, если он действительно сочтет ее одной из горничных.

Годфри осклабился:

– Не готова? Да она всегда готова…

Ей показалось, что Блейкхерст стал еще выше ростом.

– Вон. Пока не забыл, что я здесь гость.

Годфри ретировался, бросив еще один злобный взгляд на Верити.

– Минуту.

Она медленно обернулась. Почти против воли взгляд ее поднялся к его лицу.

– Милорд?

– Ты озадачила меня, девушка. Ты служанка?

Пять лет назад, даже три, Верити отвергла бы это предположение не задумываясь. А теперь… теперь, когда она знала, что ее легко можно выгнать, что ей некуда больше пойти, теперь, когда она поняла, на что похожа была бы ее судьба, если бы они вышвырнули ее, она колебалась.

– Твоя речь не похожа на речь служанки, – настаивал он.

– Я домашняя учительница, – пробормотала она. Это была не совсем ложь. Она пыталась учить младших девочек в промежутках между наемом платных гувернанток.

– Вот оно что. – Похоже, он поверил. – Я расскажу об этом вашей хозяйке и…

– Ради бога, нет! Меня уволят.

– Как тебя зовут?

Она чуть не задохнулась, но все-таки сумела выговорить ненавистное имя:

– Селина Деринг, милорд.

И тут послышался другой голос.