Греховный соблазн

Теперь все было по-другому. В Сан-Франциско она была женой его лучшего друга. Если в ее жизни кто-то и появился за эти два года, то, по крайней мере, в отчете Крэндалла об этом не сказано ни слова. Цель оправдывает средства, и затащить ее в постель станет долгожданным удовольствием. Непринужденная беседа в постели вполне могла стать первым шагом к раскрытию ее секретов.

Мэган почти не проводила время вне больницы, поэтому отреставрированный отель девятнадцатого века произвел на нее впечатление. Дизайн был очень сдержанным и изысканным: кремовые и шоколадные тона, диваны из темной кожи, вольтеровские кресла, стеклянные двери.

Кэл взял ее под локоть и провел в ресторан. Мэган была среднего роста, но рядом с ним она чувствовала себя маленькой. Он обладал крепкой мужественной фигурой с широкими плечами и вел себя крайне самоуверенно. Джон Уэйн в костюме от Армани – так бы она описала его. Несмотря на то что сейчас на нем были брюки цвета хаки, он все равно выглядел импозантно.

Она не была удивлена этой встрече. Кэл Джеффордс всегда все доводил до конца. И он проделал слишком долгий путь, чтобы вернуться домой ни с чем. Она сказала ему правду насчет денег, но он даже не сделал вид, что поверил ей. Интуиция подсказывала Мэган, что у Кэла есть план, с помощью которого он сумеет загнать ее в угол и заставить за все ответить. Бороться с ним было бесполезно – Кэл обладал неукротимостью и силой разбушевавшегося шторма.

Когда они заняли свой столик, Мэган позволила ему сделать заказ за нее.

– Тебе не помешает немного поправиться, – сказал он, когда официант в белых перчатках разливал по бокалам вино.

– Я знаю, что сильно похудела, но сложно наполнять свою тарелку, когда люди вокруг тебя голодают, – ответила она, разломив ломоть свежеиспеченного хлеба.

– Так вот к чему это все, эта жизненная перемена… Чувство вины? – спросил Кэл, прищурив глаза стального оттенка.

– Когда я была замужем за Ником, мне казалось, что у меня было все… – Мэган пожала плечами, отпив вина. – Когда этому пришел конец, мне стало дурно оттого, что мой образ жизни в прямом смысле слова лишал последнего куска хлеба нуждающихся. Так что да, это можно назвать чувством вины. Хотя какая разница? Это не важно. Я не жалею о своем выборе.