Седьмая ложь

Мы взбирались все выше и выше, и тем не менее утесы по-прежнему маячили у нас над головой.

Минут через десять-пятнадцать мы вышли к развилке; левая тропа переходила в ступени, выбитые в склоне, а правая представляла собой узенькую стежку, тянувшуюся по самому краю скалистого карниза.

– Давай попробуем пройти здесь, – сказал Джонатан, показывая направо.

– Думаю, лучше не стоит, – покачала головой я.

Он вырос за городом, среди грязи, сена и высокой травы, мне же в этом мире было неуютно. Меня завораживали эти виды, эта звенящая тишина и бескрайний простор, но я чувствовала себя здесь незваным гостем, без приглашения вторгшимся на чужую территорию.

– Мне кажется, тут безопаснее. – Я махнула в сторону левой тропки.

– Брось, – с улыбкой произнес он. – Все будет в полном порядке.

Я заколебалась. Но его вера в меня, его убежденность уже заронили в мою душу зернышко искушения. Я обнаружила, что мне очень трудно противиться его желаниям. Хочешь правду? Я сделала бы практически все, о чем бы он меня ни попросил.

Я заставила себя разжать кулаки, разогнула пальцы и следом за ним сделала один крохотный шажок вправо, на узкий уступ в скале.

Джонатан отступил назад – с легкостью и грацией канатоходца, балансирующего на туго натянутой проволоке.

– Ну, вот видишь, – улыбнулся он. – У тебя все отлично получается.

Карниз был узехоньким, не больше фута в ширину. Стоять на нем можно было, только поставив одну ногу позади другой.

– Еще один шажок, – сказал он.

В этот момент я словно слышала наше будущее: голос Джонатана, разговаривающего с нашим ребенком, подбадривающим его.

– Чего ты ждешь? Продолжай идти, – настаивал он. – Я тебя страхую.

Я подняла ногу, которая была позади, и медленно понесла ее вперед над морем, грохотавшим далеко внизу. Наконец моя ступня нашла опору на карнизе, и я с облегчением выдохнула.

– Что теперь? – спросила я. Каким-то образом я умудрилась развернуться и теперь стояла лицом к утесу, прижимаясь к нему грудью, так что пятки у меня висели в воздухе над бездной.

– Ты можешь идти нормально, – сказал он. – Или просто потихоньку переставляй ноги. Попытайся не слишком об этом задумываться, вот и все.

Я вскинула глаза на него, стоявшего всего в нескольких шагах впереди. Он широко улыбнулся мне, и в уголках его глаз собрались лучики, а на щеках заиграли ямочки.