Оруженосец. Боги живут на земле

Путешественник не замедлил направить коней в мощенный камнем двор. Здесь он обнаружил навес с коновязью, в середине колодец с деревянным ведром на веревке. Несколько ступеней вели в гостеприимно открытые двери двухэтажного здания. На нижней ступеньке сидел замызганный мальчишка лет двенадцати и самозабвенно ковырял в носу.

– Эй, ты, побеспокойся о моих лошадях и вещах! – надменно крикнул сержант.

На эти слова оборванец никак не среагировал, тогда Пьер развязал мешочек, достал мелкую монету, и шелчком кинул мальчугану, тот неожиданно резко подпрыгнул и медный су непостижимым образом исчез.

– Получишь ещё, ели животные будут вычищены и накормлены, – Пьер спешился и сунул подбежавшему оборванцу вожжи.

Поднявшись по ступеням, он вошел в обеденный зал, наполовину заполненный посетителями. Одежда еще прилипала к телу, но он не обращал на это внимание. С десяток квадратных деревянных столов стояли в полутемном помещении. Ставни больших проемов, заменяющие окна, открыты и заходящее вечернее светило слабо освещало обеденный зал.

Молодой человек занял место, сел на грубо сколоченную скамейку у большого свободного стола. Обстановка таверны представляло собой типичное для этого времени: у двери скамейка для вышибалы, сейчас пустая, с лева лестница, ведущая на второй этаж, балкон на подпорках вдоль всех стен и двери в комнаты отдыха. Под лестницей дверь в кухню из которой вышла и подошла к новому посетителю толстая, в грязном, когда – то белом переднике, среднего роста служанка, белые волосы выбиваются из – под красной косынки, карие на выкате глаза оценивающе осмотрели клиента с ног до головы, пухлый рот на круглом лице раскрылся в приветливой улыбки, на вид ей было лет тридцать.

– Что угодно господину? – Игривым голосом спросила женщина

– Как зовут тебя, красавица? –Спросил Пьер.

– Марта, – улыбнулась служанка, стреляя глазками.

– Я хочу хорошо поесть, выпить вина и остановиться здесь на ночлег, – сказал Пьер.

– Вы не ошиблись, остановившись у нас, это вам будет стоить десяток серебряных су.

– Это форменный грабеж! Я ничего еще ни пробовал, может у вас протухшее мясо и прокисшее вино! – возмутился сержант, – вот тебе серебряный, потом, если мне все понравиться, то, полечишь ещё, и вообще, я собирался ночевать на сеновале.

Он кинул на стол сиротливо звякнувшую серебряную монету.

Служанка презрительно фыркнула, схватила деньги и виляя задом удалились.

Ожидая заказанный ужин оруженосец с интересом осматривал помещение таверны.