Стать куртизанкой

Вопреки предостережениям, тело Шарлотты нежилось в пьянящем тепле, отчего ее охватила сладкая истома и какое-то необъяснимое беспокойство.

О господи! Да что с ней такое? Ей необходимо немедленно бежать прочь от этого мужчины. Сжав пальцы в кулаки, Шарлотта принялась колотить его по широким плечам и одновременно попыталась выбраться из-под него, однако ответом на ее попытки стал лишь хриплый смех.

– Лотти, – проворчал на ухо такой знакомый чувственный голос, – тобой сегодня вновь овладело одно из этих твоих настроений? Хм.

Лотти? Почему он продолжает называть ее этим именем? И что имеет в виду, говоря об одном из этих настроений?

Ответ Шарлотта получила очень быстро.

Внезапно ее руки оказались запрокинутыми за голову, в то время как бедра мужчины пригвоздили ее к матрасу. Он снова накрыл ее губы в поцелуе. На этот раз в нем чувствовался такой дикий необузданный голод, что Шарлотта испугалась.

– Вот так, моя маленькая дикая кошечка, – протянул мужчина в перерывах между поцелуями.

Но Шарлотта не собиралась ждать, чтобы стать свидетельницей того, как этот негодяй осуществит задуманное. Собравшись с силами, Шарлотта уже хотела позвать на помощь, но едва только она набрала в грудь воздуха, как губы мужчины завладели ее соском. Втянув его ртом, мужчина принялся описывать языком чувственные круги, постепенно превращая вершинку в тугую бусину.

Его поцелуи и прикосновения взбудоражили ее невинные чувства, но это новое ощущение, которое он пробудил в ней с такой же легкостью, с какой сорвал бы с клумбы маргаритку, породило в теле Шарлотты чувственную волну, потрясшую ее добродетель до основания.

Отчаянный крик тотчас же превратился во вздох удивления.

– О да, малышка Лотти, я знаю, что тебе нравится, – протянул мужчина, переключая внимание на другой сосок Шарлотты и начиная творить с ним такую же ошеломляющую магию. А потом он снова перевернулся, и что-то очень тугое и настойчивое уперлось ей в бедра между ног.

А она-то все эти месяцы считала сувенир, присланный графом Уолбруком из южных морей, сильным преувеличением мужских достоинств. Но сейчас, получив живое доказательство обратного, Шарлотта поняла, что в предостережении матери о «раздутом порождении дьявола» была доля правды.

Словно этого оказалось недостаточно, мужчина обхватил бедро девушки другой рукой – господи, да сколько же у этого человека конечностей? – и притянул ее еще ближе.