Стань моей судьбой

– Пимм, должно быть, спятил, – проворчал Эллисон. – Но кто я такой, чтобы спорить с ним? – Он снова принялся рыться в картах, бормоча что-то себе под нос.

Клифтон поежился. Это был Джордж Эллисон. Тот самый Джордж Эллисон. Человек, слывший величайшим английским агентом прошлого века, пока его не ранили в ногу в Париже. Человек сомнительного происхождения и еще более сомнительной чести, но тем не менее в определенных кругах его ценили как самого блестящего руководителя тайной разведки.

И теперь он служил своей стране, готовя надежных агентов.

– Уверяю вас, сэр, у нас есть воля и решимость, – сказал Малком.

Эллисон перестал мерить шагами комнату, повернулся и, прищурившись, пристально посмотрел на Малкома.

– У вас?

– Разумеется.

– Случалось ли вам совершить убийство?

– Разумеется, нет, – покачал головой Малком.

Эллисон поглядел на обоих, и от его взгляда у графа по спине побежали мурашки.

– А можете?

Клифтон не нашелся что ответить на этот вопрос.

Эллисон снова начал мерить шагами кабинет.

– Бегать с берега на берег – детская забава. Моя дочь Марианна много раз это делала. Вы отправляетесь в Португалию, олухи, а не в Гастингс. Тоже мне решимость! – Эллисон бросил взгляд на дверь. – Где эта девчонка, черт побери? Люси! – крикнул он.

Дверь открылась, и вошла молодая леди. И хотя граф Клифтон, судя по зычным приказам мистера Эллисона, ждал появления судомойки или экономки, вошедшей в кабинет девушки он не ждал, так же как и сам Джордж Эллисон.

Ее роскошные, черные как смоль волосы были подняты к макушке, шпильки едва сдерживали их. Цвет ее волос наводил на мысль о роскошных куртизанках, итальянской живописи и экзотических гаремах.

Но иллюзия быстро развеялась. На мисс с сияющей короной волос было простое муслиновое платье, на плечи она накинула полинявшую фуфайку с заплатами. Из-под не слишком опрятного подола выглядывали поношенные башмаки, а на руках – митенки, поскольку в остальной части дома было довольно холодно.

Бросив взгляд на Клифтона и его брата, девушка подбоченилась.

– Зачем так орать? Я не глухая.

Она пересекла комнату и стряхнула руку Эллисона с карты, которую он разворачивал. Сняв перчатки, она вытерла пальцы о юбку – можно подумать, что от этого они стали чище! – свернула карту и убрала.

– Сомневаюсь, что тебе нужен Париж.