Ночной соблазн

Гермиона повернулась к ним спиной, стараясь не слышать стонов женщины и сосредоточиться на предмете обсуждения мужчин.

– Понятия не имею, как она открылась, – жаловался владелец заведения. – Но она открыта, а это скверно отражается на деле, говорю я вам.

Рокхерст сложил руки на груди и упрямо выдвинул подбородок:

– Значит, кто-то открывает дверь. Это не просто совпадение: в нынешнем месяце меня трижды вызывали сюда по этому поводу!

Владелец пожал плечами.

– Я прикажу Тиббетсу проследить за этой дверью.

У него поразительное чутье. Иногда мне кажется, что его мамаша была терьером: сам он способен залезать в самые мерзкие крысиные норы. И при определенном поощрении он докопается до истины.

– Да уж, позаботься, чтобы он докопался! – хмыкнул Рокхерст. – Не хотелось бы, чтобы кто-то пострадал.

– Боюсь, уже слишком поздно, – вздохнул Кэппон, снимая с шеи длинную цепочку и вытаскивая из-за пазухи висевший на ней ключ. Он почему-то не спешил вставить его в скважину. – Вам следует знать… ну… как бы это лучше выразиться… Новенькая девушка Салли… – Перекрестившись, он сунул ключ в скважину.

 – Ее прикончил один из них.

Рокхерст сжал его руку, державшую ключи:

– Ты уверен?

– О да! Ее нашли… то есть Салли нашла ее…

– Не договаривай. Я знаю, что она нашла.

Граф отвернулся, но Гермиона успела заметить, что он дрожит. Она слышала тихую муку в его словах, однако такая… такая скорбь вовсе не может быть присуща человеку, который, по мнению общества, способен думать только о собственных развлечениях.

– В этом нет вашей вины, милорд, – пролепетал Кэппон. – И быть не может. Такие вещи случаются.

– Но не с моими людьми. Не в моем королевстве.

– Ну да, конечно! И как может единственный человек чувствовать себя ответственным за весь Лондон? Такое просто невозможно. Вы окончательно спятите, если начнете волноваться за каждую юбку и каждого оборванца, которым всадили нож в живот.

– Я за них отвечаю.

– Так-то оно так, но им стоило бы знать, что здесь шататься по ночам опасно.

Все, кто вырос в Дайалсе, учатся этому едва ли не с пеленок. Но кое-кто ничего не желает слушать… или просто не верит.

– Тогда давай сделаем так, чтобы они могли гулять по ночам, не думая об опасности, – заявил Рокхерст, выпрямляясь.

– Да не оставит вас Господь, милорд, – кивнул Кэппон и, повернув ключ, налег плечом на тяжелую дверь.

Рокхерст снова взвалил на плечо большой кожаный мешок и свистнул Роуэну.

Но собака продолжала смотреть на Гермиону.