Ночной соблазн

И действовал даже на нее, даже после стольких лет…

Сердце Куинс на секунду дрогнуло. Но она продолжала любоваться широкой грудью Милтона, его зелеными, сверкавшими, как драгоценные камни, глазами, длинными стройными ногами…

Пока не вспомнила, как и почему они оказались здесь. Когда-то они были мужем и женой… счастливой парой, связанной тайной кольца. До тех пор, пока Милтон не предал ее доверия. Ее веру в него.

Пффф… все это в прошлом…

– Неужели тебе не подвернулось ни одной глупой молоденькой нимфы, которая так легко поддается обольщению? – бросила она.

– Ай-ай-ай, – покачал головой Милтон. – Как всегда, остра на язык. И не способна сосредоточиться на неотложной задаче. – Он кивнул в сторону трио юных дебютанток, весело щебечущих в углу комнаты. – Для женщины твоих талантов вряд ли так уж сложно подойти туда и снять кольцо с ее руки. Мое ты украла очень ловко!

– Ты был пьян и возлежал в объятиях любовницы, – напомнила Куинс, не отрывая взгляда от объекта самого пристального наблюдения.

– А ты уклоняешься от сути вопроса, – возразил он, глядя на свою руку. На этой руке он носил кольцо в продолжение их короткого брака. – Должен сказать, вчера тебе повезло: ее прервали, и она не успела высказать своего желания до конца. А теперь иди, добывай мое кольцо.

– И как ты предлагаешь это сделать? Подойти и попросить отдать кольцо? Мол, простите, леди Гермиона, но не хотите ли вернуть кольцо мне? Видите ли, оно обладает неведомой вам силой и если захотите чего-то пожелать, я буду просто обязана исполнить ваше желание?

Милтон издал непристойный звук и стал изучать свою добычу.

– Она может пожелать всего лишь чашку лимонада, и на этом все будет кончено.

– Ты, очевидно, не пробовал этого лимонада, – заметила Куинс, качая головой.

– Ка-а-а-кого дьявола он здесь делает? – выдавил Милтон, панически обшаривая глазами зал.

Куинс обернулась к двери и ахнула при виде графа Рокхерста, широкими шагами входившего в бальный зал.

– Это твоя работа, верно? – неожиданно прошипел Милтон. – Решила подшутить надо мной?

Однако Куинс уже не слушала.