Герой моего романа

Но сейчас, когда наступил мир, а Наполеона сослали на остров Святой Елены, Пимм наконец-то ушел в долгожданную отставку. Даже не взглянув напоследок на Уайтхолл, Пимм упаковал чемоданы и покинул Лондон, но перед отъездом направил Кокрейна к Рейфу с просьбой взять шестнадцатилетнего парня под свое крыло и проследить, чтобы тот приобрел джентльменские манеры.

Впрочем, Рейф смутно представлял, что такое быть джентльменом или как следует кормить и одевать подростка.

Он подозревал, что известный своей скупостью Пимм определил Кокрейна под его опеку, чтобы тот не объел его со своим непомерным аппетитом.

– Мы могли бы быть в Лондоне, – проворчал Кокрейн. – Искали бы убийцу Кодлина и ели бы приличную еду.

Рейф готов был согласиться с Кокрейном, он бы с удовольствием вернулся в город. Ему было не по душе предложение леди Тоттли.

Тем не менее он трясется по этой заброшенной проселочной дороге в поисках автора-злодея.

В свое оправдание он мог сказать, что стоял бы на своем решительном «нет!» до конца, если бы леди Тоттли не пожаловалась на него Джорджиане – леди Данверс, его блистательной невестке, за то, что он отказывается помочь.

Рейфу нравилась Джорджи, жена Колина, но – проклятие! – от нее отделаться было труднее, чем от акцизного чиновника. Как потом выяснилось, Джорджи была в курсе всей проблемы, поскольку их дочь Хлоя оказалась такой же упрямой во всей этой истории, как и леди Лусинда Уидерспун.

К чести Рейфа, он противостоял мольбам и уговорам Джорджи до тех пор, пока она не потребовала созвать всеобщий семейный совет.

Рейф терпеть не мог семейных сборищ. Они обычно заключались в том, что с одной стороны восседали братья и их жены, а с другой – он сам, и тут начинались жаркие споры.

Это не вписывалось в его понимание хорошо проведенного вечера.

Он предпочел бы поухаживать за какой-нибудь леди, затем сесть в поджидающую нанятую им карету, пока леди не пригласила его провести вместе ночь, а приехав домой, открыть бутылку портвейна и принять живительную дозу.

Но вместо этого он провел вечер последнего четверга среди жен Данверсов, которые угрожали ему всевозможными приглашениями, пугали, что заставят его сопровождать Хлою по всему городу, причем не только днем, но и ночью.

При таком положении дел он никогда не выполнит свою работу – ни приятную, ни приносящую дохода.

В припадке отчаяния он согласился заняться делом леди Тоттли, лишь бы сохранить свою независимость и не допустить женского вмешательства.