Не будем торопить ночь

Люди привозили свои автомобили издалека, даже пригоняли машины из Буффало.

Вот как раз в настоящий момент он и работал над одной из таких машин из Буффало. Изящный черный «понтиак-фаерберд» 1976 года выпуска – произведение искусства американского автопрома, лучшее, что когда-либо было изобретено человечеством. Если Хоган проведет всю оставшуюся жизнь под днищем или же перебирая двигатель таких шикарных авто, он умрет счастливым человеком.

– Мистер Демпси? – услышал он оклик.

Это был мужской голос, который показался ему незнакомым.

– Да, это я, – произнес он, продолжая работать.

– Мое имя – Гас Фивер, – представился новый знакомый. – Я адвокат из компании «Таррант, Фивер и Твиг». Мы могли бы с вами обсудить важные дела с глазу на глаз?

«Адвокат? – задумался Хоган. – Что ему нужно от меня? Весь бизнес и бумаги отца были в порядке. Мой отец был честным человеком, а не каким-то мошенником!».

– Мы можем поговорить тут, – ответил он. – Забирайтесь ко мне.

К его удивлению, Гас поступил именно так, как ему и сказали: он резво лег на телегу и занял местечко возле Хогана. Присмотревшись получше, Хоган изменил свое мнение об этом человеке, который вовсе не был напыщенным и неприятным типом. С таким парнем можно было с легкостью встретиться в баре после работы и выпить по паре кружек пива. Гас Фивер был мужчиной приятной наружности, и по внешнему виду можно было сказать, что он так называемый «белый воротничок».

Хоган и сам в юношеские годы подрабатывал в офисе, но от судьбы не уйдешь, а его призванием была именно работа в автосервисе.

– Неплохой автомобиль, – заметил Фивер. – 455-й двигатель V-8 объемом 7,5 литра. Эта модель одна из лучших, когда-либо созданная Понтиаком.

– Не соглашусь! Лучшая все же «Понтиак GTO» 1964 года выпуска, – произнес Хоган.

– Хорошо, вы правы. Сдаюсь!

На мгновение воцарилась тишина, но затем Гас промолвил:

– Мистер Демпси, вы знакомы с Филиппом Амхерстом?

Хоган не сводил глаз с автомобиля.

– Называйте меня просто Хоганом. Нет, я с ним не знаком. А должен?

– Так звали вашего дедушку, – вскользь ответил адвокат.

Очевидно, Гас обознался и приехал не к тому Хогану Демпси. Он толком не помнил имен своих родственников, поскольку рак забрал жизни его бабушек и дедушек, а Филипп Амхерст и вовсе был ему неизвестен.