Охота на герцогиню

Это и единственные ее увечные радости в долгие присутственные вечера. Она не позволит уточнять свой статус этому мужчине, которому стоит только пустить слух о женитьбе, и стаи лучших невест Британии ринутся на его зов.

– Да, – односложно ответил он, словно сомневался в своем всемогуществе и ее тупости.

– Но я, по крайней мере, не присваиваю себе право распоряжаться чужими жизнями.

– Вы нагнетаете страсти, мисс Пэндл. Неужели вас так волнуют мои грехи или вы не задумывались об этом? – лукаво поинтересовался Джек.

– Нет. Моей жизни не хватит, чтобы перечислить ваши прегрешения, – отрезала она и слегка улыбнулась, маскируя свои гневные эмоции.

– Вы споетесь с моей бабушкой, если только у нее достанет сил поучаствовать в этой забавной интрижке, а тетушка Мелисса и вовсе прилежно старается ради меня, – сказал Джек.

Джессика припомнила вдовствующую герцогиню Деттингем – авторитарную и в общем-то резкую и грубую особу. Можно было бы посмеяться над этим вздорным предположением, но, странно, оно совпадало с мнением ее матери…

– Что ж, не я одна вижу вас изнутри, – надменно произнесла она, стараясь не расплакаться.

– И ваша прекрасная внешность вполне соответствует вашей душе, мой мальчик, – снова вмешалась леди Пэндл и бросила на дочь предостерегающий взгляд. – Передайте тетушке Мелиссе, что мы конечно же приедем. Если же мне удастся вытащить господина Пэндла с полей и оторвать его от нашей милой Ровены, он тоже поспешит оказать вам поддержку в таком важном деле.

– Благодарю, миледи, весьма признателен, – ответил Джек, и на Джессику внезапно нахлынуло ужасно неженственное желание как следует пнуть его благородную лодыжку, чтобы он, а не она хотя бы раз в жизни неловко захромал прочь.

Но мать уже поднялась с места, опираясь на услужливо протянутую руку Джека, это означало окончание раунда. Теперь противники могут разойтись по своим углам.

– Рад буду снова приветствовать вас в Эшбертоне, Принцесса, – шепнул он на прощание, ловко подсаживая их в экипаж.

Джессика расстроилась окончательно.

– Вы и не заметите меня среди множества благовоспитанных юных красоток, – нарушила она этикет.

– Ах, Принцесса, вас-то я всегда выделяю, – ответил он так, словно напрашивался на благодарность.

Он отступил, и на его симпатичном лице заиграла уже знакомая невыносимо высокомерная улыбка. Лакей захлопнул дверцу, Джек небрежно махнул рукой в прощальном жесте и скрылся в темноте, вооруженный всего лишь прогулочной тростью.