Непрошеный шанс

Те, кто не ставят под сомнение твоё мнение и доверяют тебе. Можно ещё много примеров привести, но я думаю, смысл и так понятен.

В моей жизни друзьям было отведено огромное и почётное место. С кем-то я росла с самого детства, с другими познакомилась в начальной школе, но каждый из них был невероятно важен и ценен для меня. Я думаю, каждый со мной согласится, что сложно переоценить психологическую составляющую принадлежности к определенной группе людей. Особенно, учась в школе. По большей части подростки жестокие и быть одиночкой в социуме далеко не просто.

Ко мне это не относилось.

– Слушай, если честно, я думаю ты давно должна была решиться на это. Сама подумай, какое будущее он мог тебе предложить? Остаться тут, в Милуоки, и работать в каком-нибудь местном баре, отбиваясь от приставаний пьяных и потных работяг, которые коротают вечер в компании дешевого пива и в надежде склеить очередную цыпочку?! Я всё понимаю, вы два года были вместе, он твой первый, но точно не последний! – поддерживает меня моя подруга Сидни, пока мы с ней засели в моей комнате и занимались чисто девчачьим делом – сплетнями о бывших.

Имея таких друзей, как Сидни, можно было не волноваться на тему одиночества или отсутствия поддержки. Что бы ни произошло в моей жизни они всегда были рядом и подставляли своё плечо. Естественно, личную жизнь я обсуждала чаще с ней, чем с парнями из нашей компании, но если потребуется, то ребята, с которыми я росла, могут и в морду дать обидчику.

Мы с Сидни дружили с самого детства и были фактически неразлучны.

Честно говоря, я вообще не представляла своей жизни без неё. Мы познакомились ещё в детском саду и с тех пор абсолютно всё разделяли друг с другом. Взлёты и падения, смех и слёзы – всё делили пополам.

Сидни всегда отличалась лёгким и весёлым нравом, но ещё больше всех забавляла её манера иногда не догонять происходящего. Порой, казалось, что она нарочно не понимает очевидного, но нет – Сидни просто такая. Девушка на облаке, как иногда я про себя её называла.

По большей части она очень смышлёная, но иногда на неё будто находило затмение, и она могла в упор не замечать определенных вещей. При том она отличалась детской непосредственностью, словно ей не почти восемнадцать, а восемь. Такая вот она, открытая и без двойного дна.

Хотя её жизнь нельзя назвать лёгкой и беспечной. Её родители заняты собой и своим развитием, воспитанием Сидни и её сестры-погодки преимущественно всегда занимались бабушка и дедушка.