За 27 дней. Он будет жить, если узнает, что кому-то не все равно

Я устроилась за одним из столов в глубине библиотеки, в тихом и спокойном месте, и принялась излагать на бумаге, почему Фрэнсис Скотт Фицджеральд был одним из величайших писателей XX века, параллельно думая о том, насколько это эссе неважно по сравнению с тем, чем мне действительно стоило бы заняться, – поисками Арчера.

Прошло двадцать пять минут, я только закончила писать. Откинулась на спинку стула, потягиваясь и встряхивая затекшую руку, и в этот момент чуть не свалилась со стула. Арчер Моралес сидел в кресле в самом углу, за стеллажами фантастики от «Р» до «Т», на столике рядом с креслом лежали его вещи.

Это была правда. Невероятная, пугающая правда. Вчерашний день мне не приснился, Арчер Моралес действительно был жив.

Я собрала свои тетрадки, сунула в сумку и, не колеблясь ни секунды, подошла к Арчеру. Он оторвался от книги, в чтение которой был погружен, и, как только меня увидел, закатил глаза. Могу поклясться, что услышала, как он пробормотал: «Опять ты».

Я попыталась не залиться краской и заговорила, пока остатки моего достоинства окончательно не иссякли.

– Мне кажется, наш разговор вчера как-то не склеился. Хотела нормально представиться. Я Хэдли Джемисон.

Он уставился на протянутую ему в качестве приветствия руку так, будто по ней ползают личинки, и насмешливо фыркнул.

– В этом нет никакой нужды, Хэдли, – он произнес мое имя, словно в нем было что-то очень смешное. – Я же сказал вчера… я и так знаю, кто ты.

– Я, эм, просто подумала, что было бы здорово узнать друг друга получше, – сказала я.

– Пожалуй, здесь я тебя остановлю, – сказал Арчер, поднимаясь из кресла. Мне пришлось откинуть голову назад, чтобы сохранить с ним зрительный контакт, настолько высоким он был. – Не знаю, что за игру ты затеяла, но на твоем месте я бы прекратил ее, пока ты не наломала дров. Мне не нравится то, что происходит.

– Что? – удивилась я. – Не веду я никакую игру. Да я просто… хочу дружить с тобой, понимаешь? – я внутренне скривилась от мысли, как нелепо это прозвучало.

– Ну, тогда избавь себя от неприятностей, – ответил Арчер, скидывая вещи в рюкзак. – Я не хороший парень. Не стоит узнавать меня ближе.

Я не верила, что Арчер и правда плохой человек, и не считала, что так проявляется его истинная личность. Такой уровень нелюдимости в общении наверняка был результатом осознанного выбора.