Сердце, открытое любви

Молодая женщина посмотрела на нее и опустила голову, словно точно знала, что Элис делает что-то не так. Жюльен сказал ей несколько слов, и она направилась к ребенку, но пожилая женщина взяла ее за руку, заставляя остановиться, и заговорила. Посыпались незнакомые слова, превратившиеся в поток, из которого Элис опять ничего не смогла понять. Закончив, две женщины и один из мужчин развернулись и удалились. Элис понимала, что на ее лице отразился немой вопрос, но Жюльен встал так, чтобы не встречаться с ней взглядом.

– Впервые за много часов малыш успокоился, – произнес он. – Пусть поспит, лучше сейчас его не тревожить.

– Он болен, мне кажется, у него температура.

– Врач уже едет.

Жюльен прошелся по оранжерее и остановился спиной к Элис.

Поколебавшись, через несколько минут она все же решилась заговорить первой.

– Как его зовут?

– Жак.

– Он ваш сын?

Жюльен повернулся к ней как-то очень медленно, и по его лицу она увидела, что он в высшей степени… потрясен. Будто его шокировала одна мысль о том, что у него может быть ребенок.

– Разумеется, нет. – Жюльен чуть повысил голос.

Элис нахмурилась.

– Тогда, почему он здесь? Чей он?

Жюльен закрыл глаза и покачал головой.

– Это сын моей сестры.

Настала очередь Элис испытать шок. Получается, Жак – его племянник. Сирота, за столь короткий срок потерявший обоих родителей, но, похоже, Жюльен не намерен стать его семьей и вообще не желает иметь к нему отношения. Все потому, что он сын Андре?

Ох… Наконец до Элис стало доходить очевидное.

Раз этот малыш сын Андре, получается, он ее единокровный брат? Ее единственный родственник?

Элис любила детей и была готова помочь любому, оказавшемуся в беде, но внезапно в сердце зародилось совершенно иное чувство к ребенку, которого она держала на руках. Нечто новое, неожиданное, захватившее ее целиком.

Она посмотрела на личико спящего малыша, на темные реснички, опускавшиеся к самым щечкам, сейчас лихорадочно-красного цвета, с воспаленными пятнышками.

Даже во сне он изо всех сил сжимал крошечные кулачки, словно боролся с жаром. Кусочек шеи, который стал виден, когда она расстегнула кофточку, тоже был покрыт воспаленными красными пятнами. Мгновенно забыв о рассуждениях о родстве, Элис поспешно расстегнула кофточку еще больше, приоткрыв тельце ребенка. Да, сыпь была повсюду. Не такая яркая, но все же…

– О, нет…

– Что случилось?

Элис подняла глаза на Жюльена, встала и подошла ближе к нему.