Всё, что мы потеряли

Этот кусочек побережья словно был создан специально для меня: свобода, возможность всегда ходить босиком, серфинг и море, спокойная жизнь и богемная атмосфера. Все вместе.

Я попрощался с братом и, купив свежих фруктов, пошел прогуляться по улицам Байрон-Бея. На обратном пути позвонил Оливеру. Мы разговаривали накануне, но он опаздывал на совещание и повесил трубку.

– Ну как дела? – спросил Оливер.

– У меня есть пара вопросов.

– Я весь внимание, – ответил он.

– Лея весь день торчит в своей комнате.

– Я же тебе говорил.

Ей нужно свое пространство.

– Я могу забрать у нее это пространство?

На другой стороне провода повисла тишина.

– Что ты имеешь в виду, Аксель?

– Ты не пробовал ей сказать, чтобы она перестала закрываться, и точка?

– Нет, это так не работает, психолог сказал…

– Я должен следовать этим указаниям? – не отступал я.

– Да, – попросил меня Оливер. – Это вопрос времени. У нее был плохой период.

Я прикусил язык и не стал противоречить. Затем Оливер рассказал о своей работе, о проекте, которым занимался последние три недели.

Возможно, если повезет, его пребывание в Сиднее сократится на несколько месяцев. Я почувствовал облегчение, но не хотел раньше времени признаваться в этом.

В субботу Лея провела все утро в своей комнате, и я уже стал терять терпение, хотя Оливер должен был приехать в понедельник, а я вернуться к нормальной жизни на семь дней. Не то чтобы я ее не понимал. Конечно же, я понимал ее боль, но это не меняло ничего в настоящем.

Как сказал психолог, Лея не нормально проходила этапы проживания боли. По идее, она застряла на первой ступени, отрицании, хотя у меня возникли кое-какие сомнения. Возможно, потому я и постучался к ней.

Лея подняла голову и сняла наушники.

– Сегодня отличные волны, бери доску.

Лея смущенно заморгала. Я подумал, что если Лее что-то предлагали, то формулировали в виде вопросов. И она их отвергала. Я же не спрашивал.

– Я не хочу, но спасибо.

– Не стоит меня благодарить. Оторви задницу.

Она встревоженно посмотрела на меня. Я увидел, как ее грудь поднимается и опускается в такт учащенному дыханию, как будто она не ждала такого внезапного нападения после стольких дней спокойствия. Я тоже не планировал, даже пообещал лучшему другу, что ничего подобного не буду делать, но я доверял своему чутью. И оно мне подсказывало, что Лею нужно вытащить из этой комнаты, схватить и как можно дальше увести от этого места. Лея села прямо, напряженно.