Запретный трофей

Нужно быть слепой, чтобы это отрицать. Но дело в том, что тогда Вадим общался со мной вполне нормально. Мы больше часа проболтали на кухне, в то время как их друзья поглощали алкоголь и сливались в безумных танцах. И когда на следующий день Мила сказала, что дала мой номер своему другу, я была уверена, то речь идет о Вадиме.

Никита тоже был на той тусовке, но с ним мы едва перекинулись парой фраз. Он написал мне в тот же день и пригласил на свидание, однако когда в кафе я увидела Ника вместо Вадима, первым порывом было уйти.

Только из вежливости я осталась, не желая расстраивать ни Милу, ни Никиту.

И уже к концу вечера я даже не вспоминала о Вадиме, Ник был прекрасным собеседником, он так много путешествовал, что я с открытым ртом слушала его рассказы о поездках. Причем, в отличие от большинства туристов, он не ограничивался своим личным рейтингом топ-пляжей или ночных клубов, он знал очень много об истории мест, которые посещал и поэтому слушать его было одно удовольствие.

За первым свиданием последовало второе, а потом и третье, и когда он решил меня поцеловать у крыльца общежития, я и не думала возражать. Истомин с той самой вечеринки так и не объявился и у меня есть все основания подозревать, что о нашем разговоре на кухне он даже не помнит. Иначе как объяснить такое презрительное отношение ко мне? Наверняка, был пьян. Под влиянием алкоголя люди часто добреют.

Так что я с головой окунулась в отношения с Ником и ни разу об этом не пожалела.

Если Никита был солнцем – добрым, отзывчивым, веселым, то Вадим был ночью – холодной и опасной. От таких как он хорошим девочкам лучше держаться подальше. Это легкомысленные девицы вроде Марины спят и видят как заполучить его хотя бы на одну ночь, мне же такие отношения не интересны. Не то чтобы он мне что-то предлагал, конечно… Но даже если бы предложил, я бы его обязательно послала.

И послала ведь! Когда он вломился в ванную тогда! Уверена, будь на моем месте любая из его подружек, они бы только обрадовались такому развитию событий и вместо того чтобы пытаться прикрыть хоть какие-то участки тела, махом стянули бы с себя остатки белья.

Я бы, наверное, еще долго могла рассуждать на тему того как бы Марина или какая другая девушка отреагировала на моем месте, но Истомин, сворачивает с грунтовой дороги и проехав еще минут двадцать по совсем уже бездорожью, останавливается у одинокого домика.