Тот, кто срывает цветы

Ойген был тощий, как палка, с кожей какого-то серого нездорового цвета. Его одежда – черная мотоциклетная куртка поверх рваной футболки и мятые джинсы – висела на нем; на запястьях выпирали косточки. Я больше никогда не спрашивал Ойгена о семье, но знал, что он живет с отцом. Я подозревал, что там не все гладко, но у меня хватало такта не задавать лишних вопросов. Мне казалось, что семья – больная тема для Ойгена. Тема, которой мне касаться не стоит. Я беспокоился за него. И тогда, в тот вечер, когда мы с ним сидели прямо на бордюре около дороги – он молча жевал, а я стягивал с шеи ненавистный галстук – вновь ощутил эту тревогу.

– Слушай, – сказал я, – что насчет того, чтобы как-нибудь посидеть у меня?

Ойген облизал пальцы и насмешливо посмотрел на меня.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Почему это?

Ойген свел на переносице светлые брови, потом расслабился и тихо хмыкнул.

– Потому что твой отец выставит меня за порог, – уклончиво ответил он.

– Да нет же, – возразил я.

– Послушай, я знаю, что у тебя в голове, но… Не нужно, хорошо?

– Не нужно чего?

Он вновь посмотрел на меня – его взгляд был серьезным и глубоким, длинные ресницы придавали ему выразительности.

– Я в порядке, Лео.

В воздухе пахло дождем, я нервно комкал в руках свой галстук, чувствуя, что краснею. Мне не хотелось, чтобы мои слова звучали так, как воспринял их Ойген. Я совсем не имел в виду, что ему нужна помощь. Я не ожидал, что он отнесется к этому предложению именно так. Боже, я так плохо знал его в то время.

– Где твой друг? – спросил Ойген, когда пауза затянулась.

– Он остался там.

Ойген вздернул бровь, потом выудил из-за уха сигарету, щелкнул зажигалкой.

– Из-за девчонки что ли?

Я неопределенно повел плечом.

– Красивая?

– Мне не нравится.

Ойген протянул мне пачку, но я отказался. Теперь у меня были свои сигареты. Когда я вытащил из кармана брюк «Lucky Strike», Ойген как-то странно на меня посмотрел.

– Не думал, что ты так скоро.

– А я быстро увлекаюсь, – бросил я, а потом вдруг задумался, пытаясь вспомнить, где уже слышал эту фразу.

За кафе мы проторчали минут сорок, а потом побрели куда-то вперед – мимо тенистых деревьев, мимо детей, объедающихся мороженым, мимо стариков, сидящих на покосившихся лавках с книгами в руках. Тучи над нашими головами успели рассеяться. Дождь так и не начался.

Я все думал над словами Ойгена. Он был прав. Отцу совсем не нравилось, что я провожу так много времени в его компании.