Листопад последней любви

– Здравствуйте, Катенька! – пожилой мужчина подошёл ближе и обняв её за плечи, прошёл вместе с нею вглубь кабинета. Усадив её на стул, он сел за свой стол и внимательно посмотрел на неё.

– Здравствуйте, Виктор Александрович. Что вы мне скажете? – Онегина смотрела на него взволнованно.

Мужчина слегка помрачнел и распахнул синюю пластиковую папку, которую держал в своих руках.

– Катюша, рад бы сообщить вам добрые вести, но последние анализы и проведённое обследование неутешительны и показывают, что сердце мамы на пределе.

Если в течение двух недель мы не сделаем операцию, то боюсь, что мы её… – он резко замолчал, заметив, как девушка закрыла лицо руками.

– Нет, только не это… – Катя уткнулась лицом в ладони и расплакалась.

– Полно, дорогая… Полно… – мужчина резко поднялся на ноги и подошёл к ней, успокаивающе накрывая её плечо рукой. – Слезами горю не поможешь. Я попытаюсь сегодня ещё раз связаться с администрацией горздравотдела, и узнать относительно возможности получить государственную квоту для твоей мамы.

Только опасаюсь, что если мы её получим, то не раньше следующего месяца. И ты сама понимаешь, что мы можем просто не успеть. Нужно попытаться найти деньги. Да, я хотел тебя предупредить, что сумма теперь нужна будет гораздо больше, чем в прошлый раз.

– Но почему? – Катя вопросительно посмотрела на него.

– Запущенность случая повлечёт за собой сложность операции, дорогостоящее лечение в период реабилитации, содержание в больнице в течение нескольких недель и поддерживающая терапия практически всю жизнь.

– И насколько эта новая сумма будет больше?

– На данный момент в два раза больше прежней.

– Господи! Где же я возьму такие деньги? – Екатерина снова закрыла лицо руками.

– Знаешь, девочка, сколько раз я уже слышал в своём кабинете подобный вопрос и каждый раз мне так хочется наплевать на все правила и сделать операцию бесплатно. Но ты сама понимаешь, что я здесь подневольный человек и не решаю ничего сам. Клиника должна на что-то существовать. Очень жаль, что твоя мама отказалась от операции в прошлом году.

Всё сейчас было бы совсем по-другому.

– Она и сейчас до сих пор думает о предстоящей операции и пока не дала своего согласия.

– Её нужно убедить, что это жизненно необходимо. Ну, так что… я с твоего позволения записываю её на операцию на… – мужчина подошёл к столу и распахнув ежедневник, медленно провёл карандашом по столбикам календаря. – На пятое октября. Этот срок крайний и дальше я оттягивать не могу.