Лето 1969

Она берет коробочку, но не открывает, пока Экзальта не делает пригласительный жест.

Внутри ожерелье. Тончайшая золотая цепочка, словно нить золотого песка.

С цепочки свисает золотой филигранный узел, в центре которого – бриллиант размером с булавочную головку.

– Твой дедушка подарил мне эту подвеску на нашу первую годовщину свадьбы в 1919 году, – говорит Экзальта. – Примерь.

Невероятно. Бабушка преподносит ей свое собственное украшение.

Когда Джесси была младше, они с Кирби любили прокрасться в комнату бабули и порыться в ее драгоценностях, гадая, какое кому достанется по завещанию.

На туалетном столике Экзальты выстроился целый ряд фарфоровых коробочек для колец, они нравились Джесси почти так же, как и хранящиеся в них сокровища. В любимом перстне Кирби была черная жемчужина, зажатая в оправе из платины.

А фаворитом Джесси стало золотое кольцо с тремя опалами неправильной формы. В детстве опалы казались ей волшебными камнями, на свету в них сияли маленькие радуги. Блэр, слишком взрослая для игр, но недостаточно зрелая, чтобы не критиковать вкусы, говорила, что опалы вульгарны, и Джесси втихомолку этому радовалась, ведь, если Экзальта оставит кольцо Блэр, та может отдать его младшей сестре.

Джесси никогда не видела это ожерелье, но знала, что некоторые самые ценные украшения Экзальта хранит в шкафу под замком, например: жемчуга, бриллиантовый браслет и гарвардское кольцо дедушки, то самое, которое она отдала Тигру перед призывом. Джесси даже мечтать не смела когда-нибудь получить хотя бы что-то из секретного шкафа.

Проблема состоит в том, что требуется снять медальон отца. Пути к отступлению нет, Джесси расстегивает серебряную цепочку и опускает древо жизни в передний карман шортов. Она надевает на шею бабушкин подарок, и Экзальта восхищается:

– Как изысканно, я как знала, что оно создано для тебя.

Джесси заставляет себя улыбнуться. Разумеется, она в восторге от ожерелья и от того, что Экзальта решила, будто внучка достойна такого подарка, но ей жаль отцовского кулона, древа жизни, гораздо менее шикарного, чем новое ожерелье.

Джесси опасается, что Экзальта специально вручила ей золотой узел с бриллиантом, чтобы заменить древо жизни и удостовериться, что внучка не будет носить ничего, напоминающего о еврейском происхождении.

Что же делать?

– Положим подвеску обратно в коробку, – велит Экзальта. – Она слишком дорогая, чтобы носить каждый день. Только для особых случаев.