Все нити ведут к тебе

И мне плевать, что со мною стало бы дальше. Я уже и так умер, – он показал рукой назад. – Я умер еще две недели назад, мне нечего терять…

– Я не думаю, что Нэнси хотела бы такого.

– А что еще остается мне делать? – спросил обреченно Эллиот.

Но вдруг из машины раздался крик Эрики, который прервал их разговор.

– Ребята, звонила сестра Нэнси, она в комнате нашла ее дневник, просит приехать нас. Там есть записи о корабле.

Эллиот перевел свой взгляд на нее.

– О корабле? – переспросил он. – Хочешь сказать она не случайно там оказалась?

– Я не знаю, нам нужно поехать к ней, чтобы самим во всем разобраться.

Не став больше мешкать, Эллиот с Мишель ринулись в машину, и через несколько минут, Лукас уже гнал по шоссе.

***

В машине снова воцарилась тишина. Накинув на себя капюшон, Эллиот закрыл глаза, и в ту же секунду воспоминания о Ненси, стали окутывать его мысли.

« Я смотрел, как она надевала на свое оголенное тело мою мятую рубашку. Она с трудом покрывала ее нижнюю часть, но мне это даже нравилось.

– Ты прекрасна, – проговорил я, восхищаясь ею. Она сильно засмущалась, а после чего кинула в меня подушкой.

– Подглядывать не обязательно.

– Ты только что стонала подо мной. Чего уже стесняться? – я улыбнулся от ее робости.

В ответ она мило надулась.

Многие курят после секса, в том числе и я. Но Ненси всегда пила горячий кофе. «Не знаю, для меня кофеин равен, твоему дыму. Я не могу без него, особенно, когда мне так хорошо».

Пока она пошла на кухню, я открыл настежь окно, сел на подоконник и поджег сигарету.

Прохладный воздух моментально освежил комнату, в которой витал запах секса.

– Тебе сварить кофе? – прокричала Нэнси из кухни.

– Нет, принеси лучше виски со льдом, – я выпустил дым, любуясь на алый закат.

Через несколько минут, она вернулась в комнату, держа в руках кружку кофе и бокал для меня.

Присев ко мне, я сразу же обнял ее за плечи, прижимая к себе.

– Красиво, не правда ли? – спросила она, глядя в окно.

– Очень, – ответил я, жадно вдыхая ее аромат.

И в это мгновенье мы замолчали. Каждый пытался навечно запомнить этот момент.

– О чем ты молчишь? – спросила Нэнси, касаясь носом моей шеи.

– Нет мыслей, когда ты счастлив.

Я расстегнул на ней рубашку, и стал медленно оголять грудь. Нежно проводя по ней языком, слушая, как ее дыхание учащается.

– Что ты со мной делаешь? – на выдохе прошептала она.