Все нити ведут к тебе

– Снизу, в одной из кают, – ответил шериф и повел их вниз по лестнице. Внутри было довольно темно, спасали только фонарики, которыми они освещали себе дорогу. На пути постоянно встречались полицейские, врачи и криминалисты.

– Ее родители уже вылетели ближайшим рейсом, – проговорил помощник шерифа.

– Хорошо, их нужно будет допросить в первую очередь, – посмотрев на ребят, шериф добавил. – Нам сюда.

Пройдя длинный коридор, они дошли до каюты, и уже издалека было видно лежащее тело Эрики. На ней была та же одежда, что и в прошлый вечер, когда они видели ее в последний раз.

Подойдя к ней ближе, Эллиот не смог устоять на ногах, и поэтому облокотился об стену, скатываясь на корточки.

– Значит это она, – удручающе сказал шериф, ведь своей реакцией они подтвердили, что эта Эрика.

– Получается, – начал говорить Эллиот, но ком в горле не дал закончить фразу. – Нэнси…

– Да, ее тело было обнаружено именно здесь. Идентично в такой же позе.

В каюту зашел помощник шерифа и протянул ему телефон Эрики.

– Все данные были отформатированы. Словно кто-то тщательно скрывал последние минуты ее жизни.

– При ней были обнаружены все ее вещи?

– Да, деньги, украшения, банковские карты, все изъяли.

– Значит, убийство было совершено не с целью ограбления.

– Пап, мне плохо, я могу выйти на свежий воздух? – спросил Лукас, держась за голову.

– Да, пойдемте отсюда, сейчас нужно направиться в участок, и там вы мне расскажете все до мелочей.

***

Поставив два стакана воды на стол, шериф сел на рабочее кресло и стал внимательно смотреть на ребят.

– Вы сказали, что смогли что-то разузнать, – хрипло проговорил он. – Слушаю внимательно. – Затем, он взял в руки листок и заточенный карандаш, чтобы записывать все важные моменты.

– Этой ночью нас позвала к себе сестра Нэнси, Илона. Она нашла дневник, в котором Нэнси писала о своей жизни, – после этих слов ком в горле не дал возможности договорить Эллиоту. Сделав несколько глотков воды, он сильно выдохнул, прежде чем продолжить.

Шериф бросил суровый взгляд на них, а затем снова стал делать заметки на листе.

–Как оказалось ей уже пятьдесят четыре года, все это время она лежала в лечебнице, проходя курс реабилитации. При родах Мэлми потеряла своего ребенка, но так и не научилась жить с этой утратой.