Тирамису для одинокого детектива

Многочисленные кусты дикой малины и ежевики действительно предстали их взору спустя пару минут. Набрав полные пригоршни ягод, они кормили друг друга с рук и, перепачкав лица в разноцветном соке, с жадностью принялись снимать губами остатки былого ягодного великолепия.

Воропаев провёл пальцами по её щеке и, обхватив рукой за талию, осторожно уложил её на траву.

В тени она была по-прежнему слегка влажной, но Марго казалось, что она сейчас ничего этого не ощущает. Его глаза цвета серебра, которые обжигали, губы, терзающие её рот требовательной лаской и сильные руки, которые поспешно развязывали лямки её купальника, обнажая кожу, действовали на неё завораживающе.

Окружающая обстановка леса наполняла кровь каким-то первобытным состоянием, алчно погружая их обоих в острое желание снова стать ближе, как прежде. Хотелось касаться друг друга бесконечно, ощущать тепло кожи и прикосновений, чувствовать безумное биение сердец друг друга и тепло обнажённой кожи.

Воропаев коснулся её губ своими, и слегка приподнявшись над нею, взглянул в её глаза, преисполненные поволокой желания.

– Ритуль, что случилось?

– Саша плачет… – она слегка отстранила его от себя и, надев бюстье купальника на тело, поспешно завязала лямки на спине.

– Тебе показалось. Мы отплыли далеко. Ты не могла его услышать, – он снова нежно провёл рукой по её груди.

– Саша, нам нужно вернуться. Пожалуйста… – она коснулась его губ своими и провела рукой по его волосам.

Воропаев тяжело вздохнул и, поднявшись на ноги, протянул ей руку, помогая подняться.

Когда они вышли из леса и вплавь пустились к берегу, где оставались все остальные, то ещё издалека действительно услышали громогласный голос Александра Александровича, который размахивал руками и, отталкивая протянутые к нему ладони со всех сторон, не желал никого видеть.

Лёша носил его на руках, пытаясь успокоить, но малыш плакал навзрыд и отталкивал ручонками даже его.

Рита не дожидаясь помощи, вышла из воды сама, и бегом направилась к сыну. Забрав его из рук Лёши, крепко прижала к себе.

– Мне кажется он горячий… – Алексей стоял рядом и с волнением вглядывался в личико малыша.

– Да, ты прав, у него снова температура, – Рита коснулась губами лобика Саньки. – Я была у детского стоматолога на прошлой неделе, и он сказал, что у нас похоже раньше времени собрался прорезаться верхний боковой резец.