Настенька

В центре комнаты стоял грубо сколоченный стол, а рядом примостились деревянные лавки.

Неприятное предчувствие поползло по моей спине липким холодком.

Это что, такая шутка? Где я вообще находилась? И что это за люди?

Женщина продолжала внимательно за мной наблюдать. А я не нашла ничего умнее, как напрямую обратиться к незнакомке:

– Вы кто? И что это за место? – вонзила я в женщину свой взгляд, и вдруг сама испугалась звука моего голоса.

Это что? Это я сейчас сказала?

Мой голос совершенно мне не принадлежал.

Я свесила с лавки свои ноги и в неверии уставилась на них, а затем перевела взгляд на руки. Потом вскочила и стала себя лихорадочно ощупывать. Лицо, тело, руки и ноги, даже волосы. Все было другим!

У меня было тело подростка! Фигура подростка! Детские руки, детские ноги. Сейчас я была худой, даже тощей. И грудь!? Боже! Куда подевалась моя грудь четвертого размера? Сейчас я никак не могла её отыскать на своём костлявом теле.

– Что вы со мной сделали? – в ужасе просипела я севшим голосом, – Что происходит? Что со мной?

Я вскочила на ноги и начала метаться по помещению, спотыкаясь и задевая на ходу все подряд.

Женщина ошарашено уставилась на меня, в изумлении закрыв ладонью свой рот.

А тем временем моя паника всё нарастала и нарастала. Я в истерике метнулась к первой попавшейся двери и выскочила в какое-то тёмное и холодное помещение. Затем была еще одна дверь, и вот я уже мчала по тёмной холодной улице, не понимая, где я и куда бегу, да и зачем.

Всё что сейчас было у меня в голове, это паника, сплошная паника!

Не знаю, как далеко я смогла убежать, но в конечном итоге мои ноги запутались в длинном подоле этого безразмерного балахона, и я растянулась на чём-то холодном и обжигающем.

Я зажмурилась и просто лежала и тяжело дышала. Медленно разлепив свои глаза, мой взгляд уткнулся в тёмное синее небо, и миллиарды звезд рассыпались по этому ночному небосклону, словно яркие мерцающие бриллианты.

Холод начал проникать в каждую клеточку моего тела, постепенно возвращая мне способность мыслить. И вдруг я поняла, что лежала на голом снегу, а тело моё странным образом не ощущало этот пронизывающий холод.