Настенька

И что я с ней буду делать? Как ухаживать? Как доить?

Я с испугом посмотрела на грязное тощее существо, и умоляюще перевела свой взгляд на Матрёну. Женщина что-то тихо хмыкнула и забрала у меня веревку.

До самого дома, нам пришлось в прямом смысле тащить упрямо упирающееся животное, которое никак не хотело возвращаться в свой родной сарай или загон, как он там правильно называется, не знаю.

– Это не коза. Это упрямая ослица какая-то, – тихо выругалась я, опасливо посматривая на длинные рога скотинки.

На мой комментарий женщина никак не отреагировала, а снова схватив меня за руку, вновь вывела на улицу к соседской избе.

Дальше мы вдвоём с Матрёной обошли с пяток соседских домов, требуя вернуть всех моих кур обратно. Соседи, отдать должное, курей вернули без споров и ругани, лишь испуганно посматривая на меня.

– Боятся, – ехидно заметила Матрёна, когда перед нами торопливо захлопнулась дверь, и последняя курица оказалась в корзине.

– Они реально думают, что я ведьма? – со смехом спросила я женщину.

На это она ничего не ответила, а только что-то тихо произнесла, по типу молитвы что ли.

– Марён, помоги пожалуйста, покажи как доить козу, и чем её кормить, – жалобно обратилась я к женщине, понимая, что без её помощи животное просто погибнет.

Добрых два часа моя новая подруга, а теперь я уже думала о ней только так и никак не иначе, показывала мне что и как надо делать: как доить, как кормить, как ухаживать, в том числе и за курами.

– Тяжёлая наука, – пожаловалась я, когда в очередной раз коза недовольно заблеяла от моих неумелых движений и холодных рук.

Матрёна только неодобрительно качала головой и хмурилась, а уходя, заверила меня, что завтра обязательно придёт проведать, всё ли у меня в порядке. Я же про себя подумала, что обязательно надо при возможности отблагодарить женщину каким-нибудь подарком. Ведь если бы не она, то как бы я справилась? Даже думать об этом страшно.

Вечерело. В соседних избах загорались лучины, звонко лаяла соседская собака, где-то на улице послышался чей-то заливистый смех.

– Скучно и тоскливо! – шумно выдохнула я в темноту своего дома и зажгла одинокую лучину у печи.

И как только неяркий свет огонька прогнал густой сумрак тёмной избы, я вдруг увидела какое-то тёмное очертание в самом дальнем углу у двери.