Алтарь судьбы

В конце концов, мальчик мог просто засмотреться на меня, задумавшись о чем-то отдаленном, и даже не понять, что мог вызвать неправильные суждения о своих помыслах.

– Тем лучше, Ваше Величество. С молодым мужчиной вы зацветете вновь, почувствуете себя моложе, – не унималась женщина.

– Ну, полно тебе. Я не ищу себе любовника. Прекрати насмехаться.

Фрейлина расстроилась тем, что мы не сможем больше поддержать эту явно интересную для нее тему. Однако теперь ее внимание было полностью поглощено Сапегой.

Сентябрь 1725 года

– Я в положении, матушка, – радостно закричала Анна, вбегая в обеденный зал, когда я ела пудинг, запивая чаем, в компании Лизавет, Петра и Натальи за завтраком.

– Ты уверена? – живо отозвалась Елизавета, вскочив со стола.

– Я только что отпустила повитуху, она все подтвердила!

– О, моя драгоценная, – воскликнула я, погладив живот дочери.

– Ты уже объявила мужу? – поинтересовалась ее сестра.

Анна помотала головой.

– Тебе непременно следует пойти и обрадовать его как можно скорее, – добавила я.

– Он сейчас не в духе. Пожалуй, я подожду лучшего момента.

– А что его расстраивает? – спросила Лиза.

– Ситуация с их родовой землей Шлезвиг, которую датчане упорно не желают возвращать. Карл рассчитывал получить ее еще при заключении мирного договора после войны.

– Датчане никогда не стремились подружиться с нами, – возмутилась я.

– Карл считает, что их упрямство способно нанести ущерб попыткам русских дипломатов обеспечить гарантии Ништадтского мира. Он возомнил, что сможет вернуть себе шведский трон, – вздохнула Анна.

– Дорогая, не думаю, что у него это получится, – отозвалась я.

– Он переписывается со шведами регулярно, отслеживая все политические изменения.

– И что он добился хоть чего-нибудь? Все, кроме него знают, что вам не бывать королем и королевой Швеции, – засмеялась сестра, отправляя в рот кусочек сыра.

– Прошу тебя, Лизавет, – прошипела Анна. – Карл-Фридрих имеет титул королевского высочества, у него имеются все наследственные права на престол.

– Анна, королева Ульрика особенно позаботилась о том, чтобы Гольштинцы не получили доступа к шведскому трону.