Моя несвободная

– Вот скажи мне, – спрашиваю его вечером, – почему количество сотрудников в твоей фирме постоянно растет, в том числе заместителей, а больше времени проводить дома ты так и не стал?

– Мы только начинаем раскручиваться, Даш, – отвечает со злостью, – работы очень много, к тому же, пока я должен все контролировать лично, иначе фирма рухнет, даже не начав приносить прибыль.

– Ром, а когда мы сможем съездить в отпуск? Ты мне два года уже обещаешь.

– Раз обещал, значит, съездим. Как только у меня станет посвободнее, и я смогу оставить кого-нибудь вместо себя.

Того, кому смогу доверять на все сто.

– Это значит никогда, Рома. Иногда мне кажется, что ты даже мне не доверяешь.

– Не говори глупостей, – отмахивается от меня, – просто в мире больших денег тебя все время пытаются раздавить, как букашку.

Я ухожу в свою комнату, не собираюсь больше слушать все это. Переодеваюсь и привожу себя в порядок. Мы договорились с Викой встретиться в кафе, она позвонила мне сегодня утром и заявила, что слишком сильно скучала по мне, чтобы довольствоваться редкими встречами.

В общем, сама выбрала место и время, а меня поставила перед фактом. И я очень рада этому, выяснять отношения с мужем мне уже порядком надоело, тем более результата это уже два года как никакого не приносит.

***

Вика уже ждет меня за нашим столиком, даже заказ успела сделать за нас двоих. Моя любимая сырная пицца, которую я стараюсь избегать, чтобы сохранить фигуру, мороженое с карамелью и орешками и кусочек наполеона. Столько не виделись, а она не забыла.

Такое пиршество губительно для моей диеты, но сегодня я хочу позволить себе все.

– Так, так, так, – подозрительно щурит глаза подруга, – насколько я помню, сегодня должен был вернуться твой муж. Где улыбка до ушей, где бесконечное счастье в глазах? В конце концов, я сейчас даже удовлетворенной женщины перед собой не вижу.

Вика, как всегда, с первых минут лупит правду матку, но на нее, в отличие от остальных, я никогда не обижаюсь.

– Или что, супруг отлынивает от исполнения супружеских обязанностей? – подруга понижает голос до заговорщического шепота.

Я неожиданно для самой себя начинаю смеяться, но потом резко замолкаю и грустно вздыхаю. Вика хмурится, и откладывает ложку, запущенную уже было в наполеон.

– Рассказывай, – требовательно смотрит в глаза и ждет.

А я что? Столько времени переваривала это все в себе, потому что мне не с кем было поделиться… сейчас, когда подруга рядом, молчать точно не собираюсь.